Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Магия во мне плескалась буквально на дне – и это все, на что я сейчас была способна.

Но даже этот импульс давал мне невообразимо много. Если Сабира не вовремя проснется, если заплачет, закричит, выдаст нас голосом, мы не сможем сбежать отсюда. Мы не сможем уйти далеко, а я…

Меня убьют, как только поймут, на что я на самом деле способна. Оставить им малышку без защиты и присмотра я себе позволить не могла.

Беззвучно добравшись до края ширмы, я слегка отодвинула штору в сторону и приблизила ладонь к лицу охранника. Вытолкнула из себя сразу два импульса, чтобы дать себе как можно больше времени, но надолго их все равно не хватит. Это на малышку энергетический заряд оказывал весомое влияние из-за возраста и, что самое главное, веса, а для этого увальня мои крохи магии были разве что в носу почесать.

Но на большее я была не способна. Копни глубже, и я останусь лежать здесь же, вместо того чтобы заняться нашим спасением.

Шагнув к окну, я все равно соблюдала осторожность. Старалась действовать тихо, когда открывала его, но ночь на постоялом дворе полнилась звуками. Где-то орал козел, с первого этажа доносился пьяный гогот, а у меня оставалось все меньше времени на раздумья.

А впрочем, думать как раз было не о чем.

Скинув туфли, я завернула малышку в тонкое одеяло, которым она была накрыта, и вместе с нею вылезла в окно. Босыми ногами стоять на узком выступе было куда удобнее, чем в обуви. Но прежде, чем я начала медленно передвигаться по нему по направлению к водосточной трубе, за которой располагался навес для сена, аккуратно повернулась и плотно закрыла за собой створки.

Обычно такие мелочи и становились отправной точкой проигрыша. Нам этой ночью проигрывать было нельзя.

У меня не нашлось достаточно силы, чтобы отправить в поместье магический вестник. При мне не было дорогостоящих украшений, чтобы я могла рассчитывать на чью-нибудь помощь. Да и опасалась останавливать редкие экипажи, что то и дело появлялись на дороге и исчезали, будто призраки.

Зато во мне имелось упрямства на три телеги. Именно оно подстегивало меня идти, не останавливаясь, пробираться через лес близ дороги, хотя физической силы не осталось уже ни на грамм.

Но я шла. Вспоминала своего преподавателя, который однажды проиграл мне магическую дуэль, и именно с того злополучного дня началось наше противостояние, продлившееся долгие годы.

Удивительно, но он учил нас именно этому. Учил переступать через свое не могу и бороться до последнего вздоха. Учил находить силы там, где их нет, и не останавливаться, ни в коем случае не останавливаться, даже если очень хочется рухнуть на землю и отстраниться.

Наверное, он бы мною сейчас гордился. И предпринял новую попытку пригласить на свидание, но она, как всегда, провалилась бы.