Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Сломленного, разрушенного, не понимающего, как жить дальше. Вчера я всего на несколько минут, но все же ощутила то же самое.

Смахнув слезу с моей щеки, герцог большим пальцем прикоснулся к моим губам. Очертил их, как очертил подбородок, вынуждая меня запрокинуть голову, чтобы мы снова смотрели друг другу в глаза.

– Не стоит плакать, я же выжил после смерти Эрнесты, – прикоснулся он губами к кончику моего носа, а затем к уголку губ, словно подразнивая. – Наверное, именно поэтому Крылатый подарил мне тебя. Я люблю тебя, Алария. Не знаю как, почему, откуда, но я люблю и больше не хочу делать вид, что ничего не происходит. Вчера я мог потерять не только Сабиру, но и тебя. Поцелуй меня сама. Пожалуйста. Поцелуй, чтобы я понял, что мои чувства взаимны.

Это была провокация чистой воды, но он так смотрел. Глубинно, проникновенно. Я не могла ему отказать. Да и сама хотела этого не меньше, потому что пальцы до сих пор дрожали, а глаза не верили. Не верили, что сердце, уверенно бьющееся под моей ладонью, настоящее. Не верили, что сказки бывают и наяву.

Немного приподнявшись на цыпочках над полом, я осторожно прикоснулась губами к губам Дэйривза. Но стоило мне это сделать, как он будто сорвался с цепи. Его губы жадно накрыли мой рот, пальцы стискивали талию, а сам он вжимал меня в стену всем телом, не оставляя ни единого шанса на лишний вдох.

Безумие, ураган, смерч. Остановить его не возникло ни малейшего желания, но прерваться нам все же пришлось. Тяжело дыша, мы отлипли друг от друга лишь тогда, когда в кабинет без стука вошел месье Фолотье. Вошел спиной к нам и лишь на шаг, просто обозначив свое присутствие.

– Я стучал. Долго и громко, – заявил он первым делом, пока мы загнанно дышали, переглядываясь. – Там явилась леди Турика Нахль.

– Я никого сегодня не принимаю! – рявкнул Дэйривз, прижимая мою голову к своей груди, как и прежде позволяя спрятаться от бесстыдства.

– А она и не к вам, Ваше Светлейшество, – раздался совсем уж неожиданный ответ, изрядно пнувший меня из сладкого забытья в реальность. – Леди утверждает, что она приехала за нашей маркизой. И приехала она, позвольте заметить, не одна.