Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

– Зачем? – поинтересовалась я с искренним недоумением.

Мое платье было чистым, опрятным, отглаженным. Оно подходило мне по статусу и для этого времени суток. Да и Сабира выглядела, как всегда, прекрасно. Теперь она за редким исключением кушала чисто – как истинная леди, а потому за день я переодевала ее не больше двух раз.

Марги отчего-то покраснела. Ее лицо теперь походило на помидор. А до меня, кажется, дошло. Склонив голову набок, я решила говорить прямо:

– Леди Волдерт собирается хвастаться не только внучкой, но и новым приобретением в моем лице?

– Леди приехали сюда не просто так, Ваше Сиятельство, – честно созналась служанка. – Каждая имеет по незамужней дочери брачного возраста, а у леди Туфомы их и вовсе две. Видите ли, срок траура уже прошел. Его Светлейшество никого не принимал в качестве гостей, леди Волдерт тоже, хорошо зная характер своего сына. Но не все руководствуются правилами приличий. Иногда, как сегодня, гости заявляются без приглашения и без предупреждения. Однако…

Девушка показалась мне непривычно словоохотливой. Обычно она старалась помалкивать и даже отвечать односложно, а сейчас ее поведение прямо настораживало. Она будто очень сильно нервничала, стараясь выдать как можно больше информации за максимально короткий срок.

– Марги, в качестве кого леди Волдерт собирается представить меня своим гостям? – перебила я ее, не желая тратить время на пустое.

Вжав голову в плечи, служанка опустила взгляд в пол и ответила совсем тихо:

– Леди Волдерт уже заочно представила вас своим гостьям.

– В качестве кого? – повторила я настойчиво.

– В качестве невесты Его Светлейшества. Простите.

Прощать Марги мне было попросту не за что. Существовало поверье, что все тумаки получал гонец, принесший плохие вести, но я склонности к членовредительству за собой не замечала. Умела различать ночь и день и имела определенные представления о том, как должна вести себя леди с прислугой.

Тем более если эта леди никакая ни невеста на самом деле, а наемный работник.

Пока не могла определиться, как относиться к происходящему. С одной стороны, приди сюда сама леди Волдерт и попроси меня о содействии, я бы ей, вероятно, подыграла. Просто потому, что от меня не убудет. Да и мысль о том, что кто-то может позариться на герцога, удручала, несмотря на то что фактически я не имела права даже думать о нем в контексте отношений.

Это разум твердил о здравомыслии. Сердце же требовало устранить саму вероятность появления незримой соперницы. Но с другой стороны…

Мне не нравилось, когда меня пытались использовать. Я никому подобного не позволяла.