Грубиян

Мой мир сужается до размеров черепной коробки, а после взрывается на сотни миллионов осколков.

Макс переводит дух и всматривается в мои глаза.

— Ты просто мой космос, детка.

Меня магнитом тянет к его губам, и на задворках сознания улавливаю мысль о том, что я, кажется, серьёзно влипла — в Макса.

8. Максим"

"Ненавижу этот грёбаный внутренний будильник, по которому в будний день хрен проснёшься на учёбу, зато в выходные вскакиваешь на ноги, когда на улице ещё кромешная темень. Лениво шарю рукой по соседней подушке, но ладонь ловит лишь воздух: очевидно, Нина проснулась ещё раньше, чем я. Вопреки всем своим похотливым мыслям всю прошлую ночь мы просто спали в обнимку, хотя я не мог вспомнить, что бы в моей жизни хоть когда-то были подобные ночи.

По квартире медленно разливался запах чего-то очень вкусного, что против моей собственной воли вытаскивает меня из-под одеяла и тащит сначала в ванную, а после — в сторону кухни.

Нина в одной лишь моей футболке — новой, потому что предыдущую я порвал — стояла у плиты, чуть пританцовывая, и жарила сырники; Бакс-предатель, который до сегодняшнего дня никого кроме меня к себе не подпускал, тёрся об её ноги, и, чёрт возьми, я ревновал её даже к собственному коту. Подхожу к Нине и целую её в плечо, отчего она вздрагивает и поворачивается. Пользуюсь моментом и впиваюсь в её губы, одновременно отпихивая кота в сторону.

— Прости, дружище, но это моя собственность, — говорю Баксу, но при этом не отрываю глаз от лица девушки, которая не разочаровывает меня и застенчиво краснеет. Наверно, я извращенец, потому что этот стыдливый румянец заводит меня похлеще любой самой развратной позы из «Камасутры» или вызывающего взгляда.

Позволяю девушке закончить с завтраком, потому что сегодня суббота, и у меня есть крышесносное количество времени, чтобы сделать то, что я собираюсь. Она выглядит совершенно спокойной, потому что даже не подозревает о том, что её ждёт.

Едва она протягивает руку, чтобы выключить плиту, я тут же разворачиваю её к себе, подхватываю под ягодицы и усаживаю на кухонную тумбу, вклинившись между её ног.

— Макс, — испуганно шепчет девушка. — Что ты делаешь?

Разговоры — это последнее, что мне сейчас нужно; Нина так долго держала меня на расстоянии, что после вчерашнего вечера у меня просто сорвало тормоза. Закрываю её рот поцелуем, таким грубым, что это граничит с садизмом, но сбавить темпа не могу, потому что изнутри буквально разрывает желание. Руки автоматически рвут футболку, потому что терпения снять её у меня не хватает, а если я им так и не обзаведусь, то скоро придётся обновлять гардероб.

Я так хочу её, что мозги заволакивает плотный туман, и когда девушка начинает несмело мне отвечать, голова и вовсе берёт выходной.