Алая гроздь турмалина

Больше всего ее напрягало то обстоятельство, что сегодня утром Дмитрий Николаевич Макаров сообщил ей: он является потомком рода Штольценов и хочет собрать информацию о своей семье. Кроме того, он назвал свою фирму, которая взялась за реконструкцию дома Яковлева, «Турмалин», и именно Макаров сегодня внезапно обнаружил тайник, оказавшийся пустым из-за нее, Елены Бесединой.

– Даня, сколько этот рубин Цезаря может стоить? – шепотом спросила Лена.

Ее молодой друг печально покачал головой.

– Ты не понимаешь, – сказал он так же тихо. – Этот камень бесценен. И тебе надо очень хорошо подумать, что теперь делать. Совершить ошибку ты не можешь.

– Я понимаю, – уныло согласилась Лена. – Наверное, было бы лучше, если бы я оставила кулон лежать там, где я его нашла. Однако, при таком раскладе он мог попасть бы в руки преступнику. Это же, в первую очередь, историческая реликвия, а потому ее нужно охранять от злых и жадных людей. Так что, Даня, я обязательно подумаю, как правильнее поступить, но, пока не приняла решение, камень нужно хорошенько спрятать. Могу я пока оставить его у тебя?

– Не надо, – покачал головой Даня. – Тем более я предлагаю тебе идею получше. Я знаю, где спрятать камень, чтобы об этом никто не догадался. Смотри, что я придумал.

Спустя пять минут Лена была вынуждена признать, что ее друг, как всегда, гениален. Рубин Цезаря, если это, конечно, действительно он, был припрятан надежно. И это давало Лене время для маневра.

Немного повеселев, она быстро перенесла приготовленное мясо на стол и разложила по тарелкам. Даня подъехал, установив коляску на своем обычном месте, во главе стола под развесистой липой, которая сейчас была в самом цвету, распространяя медовый запах на всю округу.

– Тебя что-то тревожит? – спросил он, пока Митя бегал в дом мыть руки. – Этот твой подрядчик?

Подрядчик и связанные с ним тайны Лену действительно беспокоили. Если бы не его алиби на ночь убийства, она бы всерьез подозревала, что преступление совершил именно он. Вот только почему камень из печки не достал, если знал, где тайник? Или все-таки не знал?

Лена убрала со стола, вымыла посуду, заварила чай, настоянный на липовом цвете, принеся плошки с абрикосовым вареньем. Его Лена сварила в прошлом году по рецепту Ольги Тимофеевны и оставила здесь, на даче, чтобы иметь возможность хотя бы иногда возвращаться в детство.

– Мам, я купаться хочу.

Действительно, она обещала сыну, что сходит с ним на реку, до которой было рукой подать.

– Дань, давай мы на реку сбегаем, а чай потом попьем, – попросила она Еропкина. – Берег в этом году как? Зайти можно?

Года два назад реку чистили от ила, и землечерпательная машина вырыла огромную яму именно там, где привыкли заходить в воду владельцы близлежащих домов.