Грязная тайна

— Ты уж попытайся, — ехидничает Басаргин.

Жму на кнопку вызова лифта ещё раз. Он медленно тащится с шестого этажа, попутно забирает новых пассажиров. И как у Медведя не отваливаются руки держать почти шестидесятикилограммовую тушу?

— Мне было неловко признаваться в том, что я не умею кататься на велике, — произношу на одном выдохе.

— А, то есть кубарем лететь с него было нормально, да? Я просто пытаюсь понять твою логику.

— Куда уж мне до твоей, — фыркаю в ответ. — Я была уверена, что справлюсь.

Слышу ухмылку. Щёки снова вспыхивают.

— Всё же ты меня не понимаешь, Медведь. Ты и танцевать умеешь, и драться, и на велосипеде кататься. И трахаешься как боженька.

— К примеру, трахаешься ты тоже ничего. И танцуешь охуенно.

Чуть было не благодарю его за комплимент! Смеюсь, качаю головой.

— Но есть что-то, чего ты не умеешь? — спрашиваю с интересом.

— Бля*ь, быстрее было бы пешком подняться, — злится Басаргин. — Я не умею играть на фортепиано, не умею петь, готовить и шутить. Моим друзьям мои шутки кажутся странными.

— Мне нет. Пошлыми, да. Но не странными.

Двери лифта открываются, оттуда выходят люди.

— Алиса, зайка, ты уверена, что тебе не нужно в больницу? — спрашивает запыхавшаяся Альбина.

Она трогает мои руки, снова рассматривает ссадины и ахает.

— Со мной всё в порядке.

— Боже, когда ты упала с велосипеда, я думал, у меня сердце остановится. Очень жутко!

Сама не понимаю, как так вышло. Я нормально ехала, правда, ладошки потели и равновесие удерживала с огромным трудом. И тут хоп! Споткнулась о корень дерева в самом начале пути и кубарем полетела на землю. В этот момент казалось, что перед глазами пронеслась вся моя жизнь.

Мы заходим в кабину вчетвером, настроение поникшее. Альбина предлагает принести бинты и антисептик, чтобы обработать раны. Медведь соглашается.

Я смотрю на себя в зеркало. Да уж. Видок ещё тот! Глаза безумные, волосы всклочены, левая щека разодрана до крови. Что под одеждой страшно и представить."

"— Отчаянная девка, — качает головой Геннадий Борисович. — Ты обязан забрать её с собой, Басаргин.

— Заберу уж. Куда денусь.

Он ощутимо сжимает ладонями мою задницу и дает почувствовать эрекцию. Извращенец! Мы же здесь не одни! Я тихо ойкаю, потупляю взгляд. Лифт останавливается на втором этаже, и мы выходим.

Первым делом Медведь усаживает меня на комод в прихожей. Снимает с себя верхнюю одежду и обувь. Непривычно видеть его в спортивном стиле, но Мише очень идёт.

Он разводит мои ноги, подходит вплотную. Обхватывает пальцами подбородок и вынуждает посмотреть в глаза. Слизывает капельку крови с моих губ.

— Не обязательно было говорить своему боссу, что заберёшь меня с собой. Я понимаю, что ты хочешь выслужиться перед ним, но это было лишним.

— Кто сказал, что я хочу выслужиться? — щурится Медведь.