Возвращение грифона

Затем исчез за дверь, как громадный передвижной платяной шкаф — под его поступью чуть не продавливался паркет, мужчина был здоровенный, шире меня раза в два. Водитель-охранник, надо полагать.

Мы пошли проверять сокровища, которые нам обещаны, — и в самом деле, шкафы полны отличной одеждой (точно подходящей нам по размеру!), а холодильник забит всем, о чем советские граждане могут только мечтать — от сырокопченой колбасы до черной икры. Нормальный набор номенклатурного работника. Ведь мы уже примкнули к номенклатуре, надо понимать… а может, и выше. Чиновников до фига, а вот настоящих лекарей — это поискать надо.

Маша пошла в спальню, уселась на кровать, немного попрыгала на матрасе и выдала заключение, что он вполне соответствует ее понятиям о том, каким должно быть наше лежбище, и что она на этом матрасе бока не отлежит. Потом стала переодеваться, испуганно поглядывая по сторонам.

Я заметил это и спросил:

— Ты чего жмешься, как будто раздеваешься на Красной площади?

— А мне кажется, я и раздеваюсь на Красной площади. Вон там стоит делегация из Японии, а вон там — немцы. А тут три гэбэшника, заглядывающие мне в задницу. Меня вот это самое подглядывание и подслушивание приводит в нервное состояние. Мне хочется выключить свет, забиться в угол и вот там уже переодеваться… я даже заниматься любовью не могу спокойно — мне кажется, что за нами все время кто-то смотрит.

— А мне кажется — тебе даже нравится, когда за тобой подглядывают, — ухмыльнулся я, — ты от этого возбуждаешься. Самые страстные наши ночи были после того, как ты узнала, что за нами следят. Ты как будто норовишь подразнить наблюдателей, нет?"

"— Фу… противный, — хихикнула подруга, — это я должна копаться в душах человеческих, потому что мне по профессии положено, а ты-то чего туда грязным пальцем?! Хмм… ну да, есть что-то такое, ты правильно заметил, — созналась Маша, слегка покраснев, — как представлю, что там сидят молодые парни и наблюдают за мной в тот момент, когда ты… В общем — есть что-то в этом. Но я категорически против, чтобы они подглядывали за мной в момент переодевания или когда я занимаюсь своими делишками в туалете! Это меня совсем не радует. А ты думаешь — и тут напичкано аппаратурой?

— Нет, конечно, зачем им следить за людьми, которых завтра повезут в Кремль? Это же совсем не интересно, правда? Маш, ну чего ты глупые вопросы задаешь? Понятно, что все тут нашпиговано подслушкой. И скрытые камеры есть.

Маша наклонилась к моему уху и тихо шепнула:

— Вань, а можно что-то такое сделать, чтобы убрать подслушивающие устройства? И главное — подглядывающие?

— Хмм… честно говоря, не задумывался. А чего они тебе? Да хрен с ними — пусть слушают. Мне лично наплевать.

— А мне нет! — сердито буркнула Маша.