Грешная вдова

Она откинула голову и вцепилась в него, охваченная странным напряжением. Ей хотелось дать выход своему неистовству.

Артемис двигался томительно медленно, не ускоряя темпа. Ей хотелось кричать от досады.

Она схватила его за плечи и взяла инициативу в свои руки, установив собственный ритм. Она сама не знала, к чему стремится, но чувствовала, что желанная цель близка.

Глядя на нее снизу, Артемис весело усмехнулся, и она поняла, что он нарочно довел ее до такого состояния. Но сейчас это не имело значения. Ей хотелось лишь одного — испить до конца чашу блаженства.

Внезапно внутри ее прорвалась какая-то плотина, и по телу прокатились горячие волны экстаза. Она хотела закричать, но Артемис пригнул ее голову и закрыл ей рот поцелуем.

Несколько головокружительных мгновений он лежал неподвижно, упиваясь мелкой дрожью ее облегчения…

Некоторое время спустя Артемис нехотя очнулся от счастливого забытья. Холодная ярость, которая текла по его жилам последние несколько часов, схлынула, во всяком случае, на какое-то время. Это все заслуга Мэделин, подумал он. Ее страсть целительной припаркой легла на старую рану, которая открылась в его сердце. Теперь он знал: рана эта никогда не заживет.

Мэделин заворочалась у него под боком, резко села и растерянно поморгала, точно ослепленная. Наконец взгляд ее прояснился, и она уставилась на Артемиса.

— Ты, наверное, очень сильно ее любил? — прошептала она.

— Она была мне небезразлична. Я заботился о ней и чувствовал себя в ответе за нее. Мы были любовниками. Не знаю, можно ли это назвать любовью, потому что не знаю, какая она вообще — любовь. Но я дорожил своими чувствами к ней.

Он смотрел на Мэделин, пытаясь подобрать слова.

— То, что было между мной и Кэтрин, угасло за пять лет после ее смерти. Меня не преследуют воспоминания о ней, но я до сих пор чувствую себя виноватым оттого, что не уберег ее. Я поклялся отомстить — это то единственное, что я мог для нее сделать.

Мэделин печально улыбнулась:

— Я понимаю. Ты жил ради мести, а теперь, взявшись помогать мне, поставил под угрозу свой план отмщения. Мне очень жаль, Артемис.

— О Боже, посмотри, который час! — Она принялась шарить рукой по постели, ища пояс от своего халата. — Я должна вернуться к себе в спальню. Сюда в любой момент могут войти.

— Никто не войдет в эту комнату без моего разрешения.

— А горничная? — Она встала с кровати и поспешно завязала халат. — Это было бы очень неловко для нас обоих.

— Мэделин, нам надо поговорить.

— Да, я знаю. Поговорим после завтрака.

Мэделин отступила назад и наткнулась на туалетный столик. Ухватившись за его край, чтобы не упасть, она задела пальцами записку, которую Артемис нашел на трупе, и обернулась.

— Можешь прочесть. — Он медленно сел на край кровати.