Грешная вдова

Охваченная ужасом, она очень осторожно положила на стол возле свечи цепочку с брелком.

— Так вот почему вы хранили в тайне свою причастность к «Павильонам мечты». Вовсе не потому, что боялись осуждения света, презирающего торгашей. Вы не озабочены поисками жены.

— Вы скрывали свой род занятий, потому что для осуществления вашей мести вам нужен был доступ в тот мир, в котором вращались Освинн и остальные.

— До настоящего времени этот план успешно работал. Мои доходы от парка позволяли мне встречаться с Освинном и остальными на их собственной территории. Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы расставить им хитроумную ловушку. — Артемис поднял пустую чайную чашку и медленно повертел ее в руках. — Я был так близок к цели! Так близок! А теперь он лишил меня одной из намеченных жертв.

Она шагнула вперед и протянула к нему руку.

— Черт бы побрал этого мерзавца! Как он смеет лезть в мои дела? — Внезапно Артемис метнул чашку в стену. — Я пять лет готовил свою месть. Целых пять лет, черт возьми!

Тонкий фарфор разлетелся на множество осколков. Мэделин испуганно застыла на месте. Ее поразила не разбитая чашка, а сам Артемис. Она еще никогда не видела его во власти столь сильных эмоций.

За то время, что она его знала, он был невероятно сдержан. Казалось, ничто не могло поколебать его самообладания. Даже занимаясь с ней любовью, он полностью владел собой.

Артемис смотрел на разлетевшиеся осколки с таким видом, точно вглядывался в преисподнюю.

Мэделин больше не могла выносить его боль, которая была почти точной копией ее собственных душевных терзаний. Она подбежала к Артемису, обхватила его руками и припала лицом к его плечу.

— Вы вините себя в ее смерти, — прошептала она.

— Я оставил ее одну. — Он неподвижно стоял в ее объятиях, холодный, как камень. — У Кэтрин не было никого, кто мог бы защитить ее в мое отсутствие. Она говорила мне, что сама о себе позаботится, но вышло так…

— Я вас понимаю. — Она крепко обняла его, пытаясь передать ему часть своего тепла. — Мне известно, что такое жить, сознавая, что твои решения стали причиной гибели близкого тебе человека. О Господи, как же я вас понимаю!

— Мэделин… — Он резко обернулся, конвульсивно сжав в ладонях ее голову.

— Порой мне казалось, что я сойду с ума. — Она уткнулась лицом в его черный шелковый халат. — Если бы не Бернис, я бы уже давно попала в психушку.

— Ну и парочка же мы с вами! — пробормотал он ей в волосы. — Я живу ради мести, а вы вините себя в смерти отца.

— А теперь я привнесла в вашу жизнь некую пагубную силу, которая грозит разрушить то, что для вас важнее всего, — ваш план мести. — Она еле сдерживала слезы. — Простите меня, Артемис, ради Бога, простите!

— Не говорите так.