Вознесенная грехом

Я весь день просидела на подоконнике. Сначала удивилась, что Мэддокс не запер окно, но вскоре поняла, почему побег через него, помимо опасности, связанной с прыжком со второго этажа, был не лучшим решением. Я заметила охранников, патрулирующих проволочное заграждение, и один из них держал ротвейлера на поводке. Вероятно, он бы спустил животное на меня, если бы я попыталась сбежать. Вспомнив острые клыки Сатаны, я ощутила дрожь при одной мысли о том, что ее зубы сделали бы с моим телом. Мы с ней заключили, по крайней мере, временный, мир, но я не была настолько слепа, чтобы не заметить опасность, которую представляли собаки.

В дали горизонта я искала признаки того, что папа уже близко. Я не была уверена, что именно искала. Конечно, отец старался бы держать свое нападение в тайне как можно дольше, чтобы застать байкеров врасплох. Я знала, что он меня ищет, но, не имея возможности связаться с ним или кем-то еще из моей семьи, чувствовала себя оторванной от них. Даже когда я находилась вдали от дома, то всегда брала телефон с собой, чтобы связаться с родными, когда пожелаю. Теперь я была ужасно одинокой, как никогда в жизни.

Мэддокс вернулся домой после наступления темноты, растрепанный и злой.

– Что случилось? – спросила я, присаживаясь на кровать.

– Твой отец.

Он не вдавался в подробности и просто исчез в ванной комнате. Я не смогла сдержать улыбку.

Спустя десять минут Мэддокс вышел и, не сказав ни слова, забрался в постель, но свет не выключил.

– Я говорила тебе, что мой отец ни перед чем не остановится, чтобы спасти меня, – сказала я, не в состоянии держать это все в себе.

Мэддокс усмехнулся.

– Это же насколько он промыл тебе мозги, что ты стала его самой большой поклонницей, несмотря на все его грехи? Какими бы наркотиками он тебя ни пичкал, они, должно быть, стоят миллионы.

– Он мой отец, конечно, я в него верю. И наркотик, который ты ищешь, – это любовь. – Я съежилась от того, как сопливо это прозвучало, но это была правда. Отец разбаловал меня не только подарками и деньгами, но еще любовью и заботой.

– Меня сейчас стошнит. – Мэддокс развернулся ко мне лицом. – Ну же, будь честна хоть на минуту. Ты должна понимать, что за человек твой отец. Не говори мне, что тебе все равно.

– Я знаю, что он за человек. Все в моей семье связаны с мафией. И члены твоей семьи преступники вне закона, поэтому не говори мне, что между нами есть большая разница. Ты оправдываешь свои поступки преданностью клубу и байкерской жилеткой, а члены моей семьи оправдывают свои поступки клятвой и верностью, татуировкой на груди.

Мэддокс покачал головой."

"– Ты защищаешь Семью, даже несмотря на то, что они смотрят на тебя свысока. Однажды я стану президентом своего клуба, а ты всегда будешь просто женой мафиози.