Эксклюзивный грех

И – смертей бывших врачей Полуяновой и Ставинкова, а также медсестры Митрофановой… – Дима глубоко вздохнул и продолжил уже не дурашливым, но человеческим тоном:

– Не могу я, хоть убей, представить себе, что твоя или моя мать продают споры сибирской язвы какому-нибудь арабскому террористу… И пенсионера, бывшего советского врача Аркадия Михайловича, я тоже в этой роли представить не могу.

– А может, – пискнула Надя, – ту эпидемию решили засекретить только сейчас? В связи с международной актуальностью…

– Может быть, все может быть… – задумчиво продолжил Дима. – И данная гипотеза нуждается в проверке. Каковую мы и проведем завтра в Санкт-Петербургском техническом университете…

Надя не спросила, как Дима собирается проверять гипотезу, а он пояснять не стал.

– Версия вторая…

От версии номер один у Нади осталась запись:

""7. Вирус? Бактериологическое оружие? Эпидемия?” Она поспешно нарисовала на листе двойку и обвела ее кружочком.

– ..В дневниках моей мамы, – продолжил Дима, – пока некоторые предавались покупательской лихорадке, я отыскал душераздирающую историю о том, как сбрендил и был доставлен в психушку студент мехмата с инициалами Н.Е. Вот эта история, – Дима помахал тетрадкой, – желающие могут позже ознакомиться с нею… Кстати, оказалось, что карты именно того курса, на котором учился несчастный псих, выкрадены из архива. Выдвигаем версию: студент Н.Е. вырос, стал законченным маньяком и принялся мстить врачам, когда-то поставившим ему диагноз…"

"– Но разве за тобой, Димочка, охотился маньяк? – возразила Надя. – Ты же рассказывал, что на тебя нападали настоящие бандиты на “девятке”… А маньякам даже прав водительских не дают… И мамулю твою разве маньяк убил? И мою?.. Оба раза так тщательно все спланировали…

– А вдруг этот Н.Е. не простой маньяк, а высокопоставленный? – немедленно заспорил Дима. – Например, какой-нибудь депутат или министр? Или – того выше? Сталин вон параноиком был, а страной почти тридцать лет правил. И всех врачей замочил, которые ему психический диагноз ставили – Бехтерева, например. Тоже ленинградца, кстати.

Надя покачала головой, но послушно записала:

""2. Маньяк-руководитель. Месть врачам”.

– Дальше, – скомандовал Дима. – В записях моей мамы мы находим жуткую историю. О том, как покончила с собой девушка с инициалами “Л.К.”… К сожалению, моя мама слишком тщательно блюла клятву Гиппократа. Поэтому даже в ее личных дневниках мы не находим полных имен и фамилий… Однако у меня имеется план, как мы можем сию тайну разгадать…

– Как?

– Все вопросы – позже, – сделал отстраняющий жест Полуянов. – Вернемся к несчастной самоубийце. Итак, дева сия училась на мехмате, на том самом курсе, карточки которого бесследно исчезли из архива.