Эксклюзивный грех

Действительно: поперек тетради, на полях, было что-то написано малоразборчивым почерком – чрезвычайно меленькими, совсем крошечными буковками. Запись явно относилась к истории с дракой: о сем свидетельствовала стрелка, ведущая к данной записи. Надя повернула тетрадь на девяносто градусов, напрягла глаза и с трудом разобрала: “История получила неожиданное продолжение. Долгое время я была не уверена, правильно ли я поступила. Теперь перечитала свою запись и снова уверилась: абсолютно правильно”.

– Какое “продолжение”? – вслух размыслила Надя. – Что такого сделала Евгения Станиславовна? Правильного или не правильного?

– Тайна. Страшная тайна общежитского подвала, – пожал плечами Дима вроде усмешливо – однако Надя видела, что он не может скрыть разочарования. – Но, – резко сменил он тему, – что-то мы здесь засиделись. Я уже снова есть захотел… Девушка! – крикнул он возникшей вдали официантке.

Когда та, покорно улыбаясь, подошла, скомандовал:

– Еще два кофе и две порции взбитых сливок.

– Нет! – горячо воскликнула Надя. – Сливки – одни!

* * *Дима покончил со сливками (с видимым удовольствием, обжора!) и попросил официантку принести счет. Глянул на часы:

– Ого! Уже половина седьмого!.. Значит, слушай, Надюха, мою команду. Сейчас разбежимся. Я потащусь домой, то есть в гостиницу, поработаю дальше над мамиными дневниками…

– А я? – обиженно сказала она.

– А ты, извини, поработаешь над моим кошельком. Не ходить же тебе в одних и тех же, пардон, трусах? Мы, похоже, в Питере надолго застряли.

Надя начала хмуриться. Полуянов сделал отстраняющий жест.

– И свитерок себе купи. Не будешь же ты в одном, – снисходительный кивок в район ее груди, – вечно щеголять!

– Но…я…

– Отставить разговорчики. На завтра у нас большие планы. А ты – в несвежем свитере. Что люди подумают?!"

"Надя машинально взглянула на рукава. Что он врет? Ничего свитер не грязный! Но как же она себя глупо чувствует! Дима, конечно, прав. Запасная одежда ей нужна. Но какой ощущаешь себя идиоткой, когда нет денег…

– Все. Дискуссия окончена, – подытожил Дима. – Пройдемся сейчас вместе до Гостиного, я “капусту” с карточки сниму. И куражься себе. Баксов на сто-двести.

– Дима… – смущенно сказала Надя. – Извини, конечно.., а чего ты так деньгами швыряешься? Много зарабатываешь?

– Раз в десять больше тебя, – отрезал он. – Могу себе позволить. Да не щемись ты. Разбогатеешь – отдашь.

Надя не знала, каким образом она сможет разбогатеть. Но покорно кивнула. Она обязательно отдаст ему деньги! Слава богу, не из тех, кто одалживается.

Дима облегченно вздохнул:

– Ну и чудненько. Закончишь с магазинами – возвращайся в университет, в гостиницу. Потом вместе в маминых дневниках покопаемся.