Пограничник. Том 1: На афганской границе

— Селихов! — Зло крикнул он. — Ты это специально⁈

— О чем это вы, товарищ сержант? — Изобразил я удивление, возвращая Мамаеву его вещмешок.

— Ты мне под ноги Уткина кинул!

Я округлил глаза в притворном удивлении.

— Да ну, че вы? Я сам, чуть было не грохнулся. Еле на ногах устоял. Вот, сам теперь удивляюсь, как это у меня так вышло, с товарищем да с чужими мешками на плечах⁈

— Застава! Стройся! — Скомандовал добрый старшина Маточкин.

Бодрых услышав это, казалось, стал еще злей, но пошел занять свое место в строю.

— Сука… Часы разбил… — громко сказал он, уходя, и выматерился, но уже тише.

Заставу построили на плацу.

— Смирно! — Крикнул старшина, когда к нам подошел… Машко.

— Товарищ старший лейтенант, — стал отдавать рапорт он, взяв под козырек, — учебная застава, с целю проведения занятий по физической подготовке, построена!

— Физической подготовке? — обреченно бросил шепотом вымотанный Мамаев.

— Вольно, Коля, — распорядился Машко.

— Вольно! — Крикнул старшина.

Вот так номер. Выходит, Машко не только наш «покупатель», а вдобавок еще и командир учебной заставы. Предвкушаю, на учпункте весело будет нам обоим.

Машко кратко бросил взгляд на построенных бойцов заставы. На мне остановился на мгновение и помрачнел.

Выглядел он хоть и опрятно, но все же уставшим. На молодом лице лейтенанта горели большие круги под глазами.

— Штат сформировали? — Спросил Машко.

— Так точно, товарищ старший лейтенант, — отрапортовал Маточкин.

— Хорошо. Пусть дуют на занятия.

После он перекинулся с прапором парой слов. О чем конкретно шла речь, я не слышал.

Позже нас повели в спортивный городок. Позавтракать нам сегодня не обломилось, и от этого Мамаев выглядел унылее, чем, казалось бы, любой другой боец с заставы.

— Парни, у вас курево есть? — Спросил Дима, когда мы разделились по отделениям, чтобы начать занятия по физподготовке.

Бодрых повел наше отделение к турнику. Значит, первым упражнением для нас будет турник.

— Да я сам у тебя хотел спросить, — пожаловался ему Вася Уткин. — Я-то свое выкинул.

— На ребят, — скромно сказал Мамаев, вытягивая спички и свои сигареты. — Жрать хочется, хоть сигареты лопай.

Не успели ребята закурить, как тут же появился отходивший к белобрысому старшему сержанту Антону, сержант Бодрых.

— Отставить! — Крикнул он и выхватил из Диминцх губ сигарету, растоптал. — Нашли время курить. К выполнению упражнения стройся!

Мы выстроились в очередь, и Бодрых, вальяжно, словно боевой петух, подошел к снаряду.

— Ща батя покажет как надо, — сказал он и осмотрел свои драные после падения руки.

Тем не менее, Бодрых прыгнул на турник и подтянулся раз пятнадцать. Я думал, он станет потом крутить подъем с переворотом, но не стал. Поберег ладони.