Пограничник. Том 1: На афганской границе

Нам куковать четыре месяца. Так что думай, кому действуешь на нервы.

Инопланетянин зло хмыкнул. Бросил своим:

— Пойдем, пацаны. У кого-нибудь другого узнаем.

Все четверо отвалили, бросая на меня недовольные взгляды.

— Благими намерениями, как говорится, — вздохнул Димка, притаптывая сапогом, чтобы проверить, как легла портянка, — не успели приехать, а ты, Саня, уже умудрился поругаться с лейтенантом и добыть себе недоброжелателей.

— Я не нянька и не часовой продавец.

— И то верно, — хмыкнул Дима.

— Застава, стройся! — Скомандовал снова появившийся в раздевалке прапорщик.

Комната разорвалась тепотом многочисленных сапог. Кто не успел намотать портянки, сунул ноги как есть.

— За мной, шагом марш!

Он вывел всех нас на улицу. Уже светало, и над массивной горой, нависшей над поселком Московский, медленно всходило слабое алое еще солнце. Вокруг стало серым-серо. Тьма ушла и можно было уже рассмотреть здание штаба, казармы, хозяйственные постройки и плац. У высокого бетонного забора, окружавшего отряд, росли ровные тополя, защищавшие от сурового горного ветра. Территория была вылизана начисто. Сразу понятно, что комотряда держит личный состав в строгости и дисциплине. Уважаю.

Я увидел, как за стеной бани старослужащие рубали наши гражданские вещи топорами. Утилизация проходила весело и с солдатским задором.

После этого строем нас повели в казармы. Длинное здание с маленькими многочисленными окнами представляло из себя совершенно типичную казарму с комнатой хранения оружия, ленинской комнатой, бытовкой, каптеркой и так далее.

Все те же деревянные красные полы, все тот же дневальный у выхода. Привычные двухэтажные нары. Только потолки тут оказались необычно высокими. Уже потом, через несколько месяцев, я слышал, будто бы когда-то здание это было конюшней, позже перестроенной под казармы.

— Слушай мою команду, — начал прапор, когда каждому выделили спальное место в просторной комнате, — до подъема всем привести себя в порядок. Нашить погоны, петлицы и подворотнички. Утром проверю лично каждого. Пускай хоть одна ниточка торчать будет. Оторву, заставлю переделывать. Всем ясно⁈

— Так точно! — Нестройным хором отозвались бойцы.

— М-да… — Протянул Уткин, усевшись на табурет, рядом с чугунной цельнолитой сапожной лапой.

В бытовке было пусто. Новоиспеченная застава худо-бедно, но все же справилась с поставленной прапором задачей. Кто-то обшился быстрее, кто-то медленнее. В конце концов один только Вася поотстал. Все не клеилось у него шитье. Игла непослушно плясала в больших крестьянских пальцах.

— Все ты? — Спросил я, осматривая ровно пришитые на свой китель зеленые погоны с желтыми буквами ПВ.

Уткин протянул мне китель с кривовато подшитым подворотничком.

— Плохо, — заключил я.