Граф и гувернантка

Лорд Уинстед и Энн переглянулись и так рассмеялись, что Элизабет и Гарриет даже спорить перестали.

– Что здесь забавного? – спросила Гарриет. – Вы что, надо мной смеетесь?

– Мы смеемся над всеми, – ответил лорд Уинстед, отирая с глаз слезы. – Даже над собой.

– Я проголодалась, – заявила Фрэнсис, выныривая из кустов.

К подолу ее прицепилось несколько листьев, а в волосах застряла небольшая веточка. Энн не думала, что девочка сделала это специально, чтобы изобразить рог единорога, но выглядело это забавно.

– Я тоже, – вздохнула Гарриет.

– Почему бы одной из вас не сбегать домой и не попросить кухарку собрать корзинку для пикника? – предложила мисс Уинтер. – Нам всем не помешает подкрепиться.

– Я схожу, – вызвалась Фрэнсис.

– Я с тобой, – подхватила Гарриет. – Когда я хожу пешком, мне лучше думается."

"Элизабет посмотрела на сестер, а потом перевела взгляд на взрослых и заявила, очевидно, не считая их подходящей компанией:

– Я не собираюсь оставаться здесь в одиночестве.

Девочки дружно зашагали к дому, постепенно убыстряя шаг, пока не побежали наперегонки.

Энн наблюдала за ними, пока они не скрылись за вершиной холма. Пожалуй, ей не стоило оставаться наедине с лордом Уинстедом, но очень уж трудно было придумать причину для того, чтобы от этого отказаться. День был в разгаре, они находились на улице, к тому же так чудесно проводили время, что вряд ли она смогла бы придумать хоть одно возражение. На ее губах играла улыбка, настроение было замечательным.

– Думаю, вы могли бы снять пояс, – предложил лорд Уинстед. – Ведь от вас не требуется постоянно быть злой.

Энн рассмеялась и провела пальцами по черной ленте, обвивавшей ее талию.

– Ну не знаю. Мне ужасно понравилось быть злой.

– Не сомневаюсь. Должен признаться, я очень завидую вашим злым деяниям. Бедный лорд Финстед, или как там его будут теперь звать, мог бы проявить чуть больше недоброжелательности. Уж очень он неудачлив.

– Но в конце он завоевывает сердце принцессы, – напомнила Энн, – а злая королева вынуждена прожить остаток жизни на чердаке.

– Отсюда возникает вопрос, – произнес граф, озадаченно сдвинув брови. – Почему история лорда Финстеда печальна? То, что она странная, по-моему, очевидно, но если злая королева закончит свои дни на чердаке…

– На его чердаке, – поправила Энн.

– О… – лорд Уинстед явно с трудом сдерживал смех. – Что ж, это все меняет.

И они рассмеялись. Дружно. Вместе. Опять.

– Вообще-то я тоже проголодалась, – призналась Энн, отсмеявшись. – Надеюсь, девочки не забудут и о нас.

– А я надеюсь, что они задержатся, – тихо сказал лорд Уинстед и взял ее руку в свою.