Бессердечный граф

– Все хорошо: так и должно быть. Ты становишься влажной… там… когда твое тело готово меня принять. Это прекрасно, от этого я еще сильнее тебя хочу. О, милая, я чувствую, как ты меня держишь."

"Она тоже это чувствовала. Ее плоть сокращалась, словно стремясь втянуть его глубже. Вторжение ненадолго прервалось, потом он ввел в нее два пальца, растягивая еще больше, и ей стало неудобно. Он накрыл ее холмик всей рукой, надавливая основанием ладони на нежный бугорок, а пальцы тем временем входили глубже и глубже. Она невольно выгнулась, пребывая в замешательстве: слишком много накатилось ощущений, сердце так забилось, что это ее пугало.

– Перестаньте, – прошептала она пересохшими губами, – пожалуйста… иначе совсем лишусь чувств.

Его дыхание пощекотало ее ухо:

– Скорее наоборот. Просто расслабьтесь и дайте волю своему телу.

Напряжение усилилось до непереносимости, она инстинктивно раздвинула ноги, беспомощно извиваясь под его рукой. А потом все вдруг стало разворачиваться, словно сжатая пружина: невероятная сила подхватила ее и понесла, разрядка была такой мощной, что Кэтлин испугалась. Ощущения продолжали раскрываться, расцветать, переходя в содрогания восторга. Она стонала и вскрикивала, а Девон вбирал эти звуки губами, словно хотел попробовать на вкус ее наслаждение. Он упивался ее ртом, и через ее тело прокатилась еще одна волна экстаза, в голове, в груди, в животе, в паху разлился жар.

Когда последние спазмы стихли, Кэтлин обмякла, в голове у нее все плыло. Она лишь смутно сознавала, что повернулась на бок и лицо ее уткнулось в волоски на его груди. Девон опустил подол ее рубашки на бедра и стал успокаивающе поглаживать ягодицы. Его дыхание постепенно возвращалось к обычному ритму. Никогда еще Кэтлин так не хотелось спать, как сейчас, когда она уютно лежала в его объятиях и ее окутывало тепло его тела, но было слышно, что дом просыпается: горничные уже занялись своими утренними делами, чистили каминные решетки, подметали ковры, – и если она задержится здесь дольше, ее обнаружат.

– Ваше тело стало тугим, как тетива лука, – сонно проговорил Девон ей в макушку. – И это после того, как я приложил столько труда, чтобы вас расслабить. – Когда она не ответила, стыдясь самое себя, у него невольно вырвался смешок. – С вами что, никогда такого не случалось?

Она отрицательно покачала головой.

– Я даже не знала, что так бывает.

Ее голос, низкий и ослабевший, даже ей самой показался странным.

– А как же… брак? Муж об этом не рассказывал?

– Нет. Леди Бервик со мной пыталась говорить, но, мне кажется, она сама мало что об этом знает. Или, возможно… – Кэтлин пришла в голову неприятная мысль, и она помолчала, прежде чем закончить: – Возможно, с респектабельными женщинами такое не случается.