Государь (СИ)

Запечатлев на символе веры скромный поцелуй и поклонившись, статная девушка в обманчиво-скромном платье вернулась обратно на свое место — не обращая внимания на тихий шум голосов от шляхетской скамьи.

— Признаешь ли ты свою вину?

Граф презрительно фыркнул, тут же заметно перекосившись лицом от вида шагнувшего к нему стражника с дубинкой.

— Тогда поведай нам, как это выглядело с твоей стороны.

Вновь поклонившись, жгучая брюнетка в изумрудном венчике размеренно заговорила:

— Я возвращалась после занятий, когда мне заступил дорогу незнакомый доселе шляхтич, представившийся графом Глебовичем. Он стал вызнавать, на каких условиях девицам-шляхтянкам возможно вступить в свиту царевны Евдокии Иоанновны; затем предложил денег и дорогие ткани за то, что я поспособствую его племяннице Катаржине стать фрейлиной царевны.

Открывший для негодующей реплики рот магнат тут же ей и поперхнулся — после болезненного тычка дубинки в ребра. Дернувшись на своей лавке, он заметил второго стража с «дубиналом» и начал медленно багроветь от невозможности гласно выразить свое праведное негодование и столь явное неуважение к его графской особе.

— … устроить неприятности или даже изгнание из свиты для Софьи Ходкевич; после очередного моего отказа и намерения уйти — преградил путь и начал угрожать своим недовольством. Затем тем, что распустит слухи о моем корыстолюбии, и…

Заколебавшись, Аглая нехотя продолжила:

— Прочими обидными словесами. Все это он говорил достаточно громко, поэтому один из мордашей вышел вперед и отгородил меня от пана; тот же немедля взялся за поясной нож и вновь облаял меня пошлыми словами. Как только он обнажил нож, Полкан… Второй из псов, прыгнул на него и свалил: я немедля отозвала его, и оба мордаша вернулись на свои места; затем подоспевшая стража схватила и увела пана прочь…

Помолчав, Димитрий Иоаннович спокойно поинтересовался:

— Граф Глебович, ты ничего не хочешь сказать?

Встрепенувшись, магнат подскочил и уверенно заявил:

— Ложь! Все ее слова ложь, от первого до последнего слова!!!

Медленно огладив стоящий возле трона посох, венценосец подтвердил:

— Ты услышан. Что же, вы оба принесли клятву…

Звучно щелкнув пальцами, верховный судия земли литовской снял с груди крест, уложил его на подставленную доверенным челядином бархатную подушечку, и объявил:

— Иногда Вседержитель, желая наказать человека, забирает его разум. Лгать на моем суде есть очень неразумное деяние, и мы обязательно установим истину… Аглая, возьми сей крест с частичкой древа, на котором был распят наш Спаситель.

Красивая брюнетка почтительно подхватила реликвию царской семьи, поцеловала и охватила обеими руками.