Усадьба госпожи Ленбрау

Тогда Домон обвинил в произошедшем Аледу Летари, имение которой больше всех пострадало из-за переноса русла. Якобы она применила колдовство. С того всё и началось…

Идан вздохнул. Я сжала его ладонь, поддерживая, и вдруг догадалась.

– Кто-то из твоих предков пострадал в той войне?

– Моя прабабка была ведьмой. Почти всю её семью уничтожили. Выжить удалось лишь деду, которого укрыли крестьяне, выдав за своего сына, – он стоял, опершись о парапет, и смотрел на реку. И вдруг повернулся ко мне, вперив пристальный взгляд: – Тебя это пугает? Что я потомок ведьмы.

– Нет, – от неожиданности я слишком сильно закачала головой. Потом подумала, что не так должна реагировать, и добавила, равнодушно пожав плечами: – Это же было давно.

Идан некоторое время смотрел на меня, а затем продолжил путь.

Я решила не заострять внимание на этом разговоре и просто наслаждалась прогулкой. После моста начался подъём. Этот холм был выше и шире. Пешеходные лестницы, разделённые на широкие и длинные террасы, поднимались в трёх направлениях, а между ними по брусчатке дребезжали повозки извозчиков, перемежаемые цокотом копыт.

Когда мы ступили на первую лестницу, я тронула Идана за рукав и призналась:

– Знаешь, я что-то уже нагулялась.

– Мы почти пришли, – успокоил меня муж, целуя ладонь.

Точнее попытался успокоить, потому что это его «почти» ни о чём мне не говорило. Мы почти пришли, осталось всего три километра. Или день пути, и мы на месте – почти пришли.

Однако я решила подняться по этой лестнице. На первой террасе виднелся сплошной ряд заведений с яркими вывесками, и первым из них было кафе. Люди сидели за столиками, вынесенными на улицу по случаю хорошей погоды, и наслаждались видом на противоположный берег. А аромат свежей выпечки ветер разносил по всей набережной.

Может, это и есть обещанный подарок? Какое-нибудь вкусное пирожное?

Я бы не отказалась немного перекусить. Шоколадные конфеты не особо сытные.

Стоило мне подняться на верхнюю ступеньку, я подалась в сторону кафе. Но Идан увлёк меня дальше. Мимо магазина, на котором крупными буквами значилось «Хрусталь и стекло», мимо парикмахерской и склада мануфактурных товаров.

А остановился у заведения с двумя огромными окнами-витринами, в которых на подставках, смутно напоминающих манекены, были выставлены платья. В простенке перечислялись ткани: шёлк, атлас, бархат, шерсть и даже плюш. Вывеска по всей длине фасада гласила: «Магазин дамских мод и платья Ланы Бенер».

Дверь была массивной, деревянной, но с двумя вставками из стекла. Сквозь них получилось разглядеть небольшую часть внутреннего убранства. Однако даже этого мне хватило, чтобы понять две вещи. Это заведение разительно отличается от лавки Рамиссы. И цены здесь будут заоблачные.