Усадьба госпожи Ленбрау

Кара в доме, скажи, чтобы разместила вас на ночь.

– Поняла, барин, – Иста снова поклонилась и зашаркала к дрожкам. – Слезай, старый, тута мы остаёмся.

Я снова удивилась тому, как легко они приняли Идана. Нянька слушалась его, будто так было всегда. В то время как мне пришлось приложить усилия, чтобы завоевать уважение своей прислуги.

– Идём? – позвал Идан, заметив мою задумчивость.

Муж повёл меня в ту часть города, где я ещё не была. Нам пришлось спуститься с холма по двум пологим лестницам, затем пересечь мост. Он был построен из металла и камня, с резными чугунными перилами. По центру каждой секции, внутри растительного орнамента располагались овальные гравюры.

– Вот здесь воевода Зырь возглавил холмовичей, когда на город напали дикие племена.

Идан указал на картинку, где я разглядела много маленьких фигурок и над ними – одну большую. Видимо, тот самый Зырь. Ну и имечко у него было.

От времени и людских ладоней изображения поистёрлись. И угадать, что на какой картинке изображено, могли лишь сами холмовичи, потомки того самого воеводы Зыря.

Мне быстро наскучило выискивать на гравюрах очередного героя древности, и я просто скользила по ним взглядом, слушая рассказы Идана и особенно звучание его голоса.

Когда-то Холмы стояли на границе. Это был большой торговый город и форпост государства. Ну и дикари часто сюда наведывались. Перед мостом супруг показывал мне остатки донжона, огороженные балюстрадой от местных жителей, которые не испытывали пиетета к историческим памятникам и разбирали их на стройматериалы.

Когда граница сдвинулась, Холмы оказались в составе одной из внутренних губерний. Здесь было безопасно, укрепления больше не требовались, как и большое войско, которое стало накладно содержать.

Армию перевели в столицу. Казармы долгое время стояли бесхозными, пока не случилась война с ведьмами, и в каждом городе не появилось своё инквизиторское отделение. Сначала, чтобы вылавливать недобитых, ну а сейчас так, на всякий случай. Вдруг кто проявится.

Идан рассказывал интересно, иногда заставлял меня смеяться, иногда – задумываться.

Мост оказался довольно длинным и высоким. До воды было далеко. Когда я, перегнувшись через перила, глянула вниз, Идан пояснил:

– Раньше река была судоходной.

– Правда? – не удержалась я от восклицания.

– Да, – кивнул Идан. – Сейчас в это сложно поверить. Сто лет назад градоправитель Домон велел перенести русло, чтобы орошать свои посевы. Многие оказались недовольны. Однако он был самым крупным землевладельцем в губернии, к тому же облечённым властью. Правда обилие воды не дало ему большого урожая. Наоборот. Плодородные земли постепенно превращались в болота.