Госпожа повариха

От переживаний кровь шумела в ушах и сердце колотилось в горле, сбивая дыхание, Лания едва не задыхалась от страха и беспокойства. Тем неожиданнее оказалось прикосновение горячих губ к основанию шеи, и одновременно немного шершавые пальцы удивительно нежно провели вдоль спины, поверх тонкой нижней рубашки. Лания не удержалась, вздрогнула от этого прикосновения."

"Она сглотнула, окончательно растерявшись: неприятно не было. Волнующе, да, непривычно, что ее раздевает едва знакомый мужчина. Но отскочить скорее хотелось именно из-за натянутых нервов и неопределенности. А еще Лании ужасно не нравилось ощущать неуверенность, именно так она сейчас себя чувствовала. Не знала, что делать, и от этого волнение лишь усиливалось. Тишина в комнате стала ватной, напряженной, воздух – густым и плотным, он с трудом проталкивался в горло с каждым вздохом. Лании казалось, она балансирует на обрыве, рискуя ухнуть вниз в любой момент. И хорошо, что Томаш ничего не говорил, действовал молча…

Супруг вдруг развернул ее к себе, одна его рука скользнула ей на талию, крепко прижав к сильному телу, а вторая легла на затылок, бережно придерживая. Горячий рот прижался к губам Лании настойчиво, жарко, и все внутри встрепенулось, отозвалось на этот поцелуй. Кровь превратилась в густую патоку, пока Лания медленно таяла от него, совершенно неожиданно для себя ответив. Этот напор, некоторая грубоватость всколыхнули что-то в глубине души, и последние робкие остатки мыслей о нежности и романтике утонули в горячей волне, прокатившейся от шеи до самых пяток. Лания даже не представляла, что поцелуй может так подействовать на нее, и с кем – с едва знакомым мужчиной! Ее мужем. Лания едва слышно всхлипнула, вцепившись в плечи Томаша, запрокинув голову и зажмурившись. Она потерялась в нахлынувших ощущениях, не понимая, что происходит, да, пожалуй, уже и не желая понимать.

В какой момент платье легко соскользнуло с плеч, Лания так и не успела понять. Поцелуй занял все ее мысли, пробудил страсть, дремавшую где-то очень глубоко. Она очнулась, только когда почувствовала, как ладони Томаша медленно спускаются по обнаженной спине, и осознала, что, кроме кружевных трусиков и чулок, на ней уже ничего больше нет. В какой момент нижняя рубашка последовала за платьем, Лания тоже так и не поняла. Тут же навалился могучий приступ замешательства, она со всхлипом откинула голову, глядя на Томаша затуманенным, ошалелым взглядом, и сглотнула. Руки метнулись прикрыться – пляшущих язычков пламени в камине вполне хватало, чтобы осветить спальню, – но в следующее мгновение Лания, тихо ахнув, оказалась на руках Томаша.