Госпожа повариха

Никакого праздника она не ощущала, лишь пустоту. «Лучше бы казнили…» – мелькнула отчаянная мысль.

А вот когда широкая ладонь сжала ее холодные пальцы, Лания очнулась от странного оцепенения и поняла, что Томаш ведет ее к выходу из зала, где продолжался праздничный ужин. Их же с… супругом ждало совсем другое продолжение вечера, и от этой мысли у Лании дрогнули коленки. Обрывки мыслей суматошно заметались в голове, пока они молча поднимались по лестнице, и она так и не смогла придумать внятный предлог, чтобы не переступать порога распахнутой перед ней двери в спальню. И пришлось делать этот последний шаг, отрезая все пути к отступлению.

Лания вошла, кусая губы и радуясь, что Томаш не видит сейчас ее лица. Щеки пылали лихорадочным румянцем, в глазах застыли растерянность и настороженность, и взгляд бывшей графини, а ныне госпожи Малек, блуждал по спальне, старательно обходя кровать. Лания растеряла всю заносчивость и гордость, и если бы кто-то из прежних знакомых увидел ее сейчас, то вряд ли бы узнал в этой слегка испуганной и настороженной девушке прежнюю уверенную и высокомерную леди. Она же… она же ни разу… Ох, да Лания только целовалась пару раз и имела весьма смутное представление о том, что происходит в супружеской постели! Матушка обошлась туманным «сама узнаешь, просто не сопротивляйся», а во дворце дамы только томно вздыхали да лишь намеками обсуждали своих любовников. Так и вышло, что в свои двадцать с небольшим Лания ничего не смыслила в том, что же происходит между мужчиной и женщиной. Надеялась, что Эрик научит…

На плечи легли горячие ладони и слегка сжали, отчего Лания едва не подскочила, резко вынырнув из суматошных размышлений. Ох, не так все должно быть! Она должна уйти к себе, спокойно переодеться и ждать, когда супруг придет в спальню, а потом вернется к себе! Как и полагается в знатных семьях! А вот интересно, король не упомянул, что Лания уже была замужем?.. И как бы так намекнуть деликатно, что прежний муж к ней так и не прикоснулся?

– Такие маленькие пуговички, – пробормотал Томаш, и его горячее дыхание обожгло шею Лании, заставив вздрогнуть. – Я постараюсь не испортить…

Оказывается, он уже взялся за застежку. Девушка застыла, судорожно стиснув кулаки и глядя перед собой, по коже безостановочно бегали мурашки от нервного волнения. А если… Если ей будут противны его прикосновения? О богиня, как тогда?! Закрыть глаза и просто отрешиться от происходящего? Дать ему… выполнить свой долг? Но ведь Томаш до утра останется в постели. Рядом. И так будет каждую ночь. Лания мысленно застонала, чутко прислушиваясь к слегка учащенному дыханию мужа, невольно отмечая, как аккуратно он справляется с пуговичками – ни одной еще не оторвал.