Господин Зима

Готова поспорить, госпожа Увёртка места себе со злости не находит. А самое главное, никто не пострадал. Аннаграмма продолжает дело госпожи Вероломны, жители окрестных деревень счастливы, и вы победили! О, вы, наверное, сейчас скажете, что хотели, чтобы я была занята делом и училась, а не думала без конца о Зимовее, но вы победили!

Матушка Ветровоск невозмутимо шагала по тропинке. Спустя какое-то время она заметила:

– Гляжу, побрякушка снова к тебе вернулась.

Это было всё равно что не дождаться грома после вспышки молнии, не дождаться всплеска, бросив камень в колодец…

– Что? Ах да. Лошадка. Послушайте, я…

– Что за рыба-то была?

– Э… щука, – сказала Тиффани[35].

– А. Некоторые щуку любят, но на мой вкус она уж больно илом отдаёт. Обычно это бывает лосось.

На этом разговор и закончился. Тиффани нечего было противопоставить матушкиному спокойствию. Даже если бы она стала ругаться и плакать, это ничем бы не помогло. Зато, по крайней мере, теперь матушка знает, что она, Тиффани, всё знает. Слабое утешение, но другого ждать не приходится.

– А у тебя и новая побрякушка завелась, – продолжала матушка. – Тут небось магийа замешана, а?

Матушка всегда растягивала «йа», когда говорила о магии, которую не одобряла.

Тиффани взглянула на колечко у себя на пальце. Оно блестело, но не ярко. Если она будет всё время носить его, оно не заржавеет, сказал кузнец, кожный жир защитит металл. Он даже сделал по всему ободку снежинки крохотным зубилом.

– Это просто кольцо. Из гвоздя, – сказала она.

– Железа довольно, чтоб сделать кольцо, – проговорила матушка, и Тиффани остолбенела.

Она что, и правда читает мысли? Порой трудно придумать другое объяснение.

– А почему ты решила, что тебе нужно кольцо? – спросила матушка.

Потому что… У Тиффани было много причин, но она так и не смогла толком в них разобраться. И она сказала единственное, что смогла придумать:

– Потому что мне показалось, что это будет хорошо.

И стала ждать взрыва.

– Ну, раз так, может, оно и правильно, – мягко произнесла матушка.

Она остановилась и показала в сторону от тропы, примерно туда, где был домик нянюшки Ягг.

– Я обнесла его заборчиком. У него, конечно, защита и посильнее есть, да только зверьё бывает слишком глупое, чтобы пугаться.

Молодой дубок был уже пять футов высотой. Его окружал плетень из палок и прутьев.

– Быстро растёт, для дуба-то, – сказала матушка. – Я за ним приглядываю. А теперь пошли, не хочу опоздать.

И она снова устремилась вперёд размашистым шагом. Тиффани бегом кинулась за ней, ничего не понимая.

– Куда опоздать? – спросила она, запыхавшись.

– К танцу, конечно!

– А разве для него ещё не рано?

– Здесь, в горах, в самый раз. Они ведь отсюда начинают.