Господин Зима

– Когда ты последний раз спала в кровати? – спросила колеблющаяся сумрачная фигура.

Тиффани зевнула:

– А какой сегодня день?

– Вторник, – сказала матушка Ветровоск.

– Ммм… а что такое вторник?

Тиффани проснулась в третий раз, и её тут же схватили в охапку и поставили на ноги.

– Вот так, – сказала матушка Ветровоск. – И хватит уже засыпать. Поешь супу. Он тебя согреет. Тебе пора домой.

На этот раз желудок Тиффани перехватил управление её рукой и заставил взять ложку. Тиффани понемногу согрелась.

Матушка Ветровоск сидела напротив, глядя, как она ест суп. Кошечка Эй лежала на коленях хозяйки.

– Напрасно я столько взвалила на тебя, – сказала старая ведьма. – Думала, дни будут становиться длиннее и ты найдёшь, где черпать новые силы. Ты не виновата."

"Сухие потикивания стали раздаваться чаще. Тиффани посмотрела вниз и увидела, что из рога изобилия выпадает по зёрнышку. У неё на глазах кучка зерна немного подросла.

– Ты настроила его на зерно перед тем, как заснуть, – пояснила матушка. – Чем больше ты устаёшь, тем медленнее он работает. На самом деле это и к лучшему, а то куры нас заживо склевали бы.

– Это единственное, что у меня выходит как надо, – сказала Тиффани.

– Ну, не знаю… – протянула матушка. – Аннаграмма Ястребей, похоже, делает большие успехи. Ей очень повезло с подругами, как я слышала.

Если бы госпожа Вероломна попыталась сыграть с матушкой Ветровоск в покер, то непременно проиграла бы, настолько непроницаемое у той было лицо.

В наступившей тишине стук зёрен, падающих из рога, казался очень громким.

– Послушайте, я… – начала было Тиффани, но матушка только фыркнула.

– Уж передо мной-то объясняться не нужно, – щедро разрешила она. – Обещаешь, что отправишься домой? Утром тут будут проезжать две повозки, и говорят, дороги ещё ничего, особенно внизу, на равнинах. Тебе нужно домой, в твой край Меловых холмов. Ты для тамошних людей единственная ведьма.

Тиффани вздохнула. Она и сама хотела домой, хотела больше всего на свете. Но уехать сейчас означало бы сбежать.

– А может, не сбежать, а побежать навстречу, – сказала матушка, верная своей привычке отвечать на непроизнесённое.

– Тогда я уеду завтра, – сдалась Тиффани.

– Хорошо. – Матушка Ветровоск встала. – А теперь пойдём-ка со мной. Хочу тебе кое-что показать.

И Тиффани отправилась следом за ней по прокопанной в снегу траншее, которая вела на опушку. Здесь снег был основательно утоптан – люди часто приходили за дровами. А если зайти глубже в лес, сугробы становились пониже. Ветки гнулись под тяжестью снега и наполняли воздух холодными голубыми тенями.

– Что мы ищем? – спросила Тиффани.

Матушка Ветровоск показала, куда смотреть.