Господин следователь. Книга девятая

Федышинский пока акт вскрытия не представил. Наверное, стоит к нему зайти, поторопить.

— В Военное министерство нужно запрос сделать. Пусть они копию формуляра пришлют, еще надо родственников установит. Не исключено, что у покойного в столице квартира, — попросил я. — И здесь мой запрос не пройдет, здесь твоя подпись должна стоять.

— Запросы сделаю, — кивнул Абрютин. — Ты мне списочек оставь, вопросы накидай, чтобы прикинуть — что через губернатора нужно сделать, а что я и сам имею право. Оставлю Щуке — пусть трудится. Авось да сумеет губернатору переслать. В министерство запрос от исправника не пройдет, тут повесомей начальник нужен.

Это я понимаю. Тут даже губернатору придется через МВД действовать. Военное министерство запросы гражданских учреждений получать не любит, и выполнять не спешит. С министром еще будут считаться, а с губернатором нет.

Конечно, я еще и сам напишу письмо. Батюшке. Ему тоже следует быть в курсе всех дел. Может, господин товарищ министра задействует наш «засадный полк» — моего дедушку, отставного генерала? Самому-то мне неудобно пользоваться родственными связями, а отцу можно. В крайнем случае — съездят с маменькой в гости, навестят старика, поговорят о покойном Калиновском.

— И родственников генерала Калиновского еще придется искать, — вздохнул Василий. — Кому его недвижимое имущество передавать?

— А разве не дворянская опека этим заниматься станет? — удивился я."

"— Стать-то она станет, только без меня все равно ничего не сделает. А дом в городе, а уж тем более имение, надо либо вымороченным объявлять, либо наследников искать. Я уже распорядился, чтобы скот, коли имеется, по крестьянам раздать. Старосте тамошнему отписал — пусть сам думает.

Молодец Василий. У меня вон, из головы вылетело, что в имении и скот оказаться может. Если не лошади и коровы, так те же поросята с курами. Тоже твари живые, нельзя, чтобы с голоду померли.

— Давай-ка лучше чай пить, — предложил Абрютин. — Илья уже весь извелся, самовар второй раз кипятит. И поговорим о чем-нибудь отвлеченном, а не о трупах. Вот, как попьем, то к разговору вернемся.

И впрямь — нужно сделать паузу, поговорить о чем-то другом.

Василий вышел, чтобы распорядиться о чае, вернувшись, спросил:

— Ты когда к нам в гости зайдешь? Верочка очень просит, чтобы привел. Вроде, оклемался, работать можешь, значит и в гости зайти сумеешь. Уж, высвободи какой-нибудь вечерок, не все время книги писать. Знаешь ведь, что Вера самолично тебе хочет спасибо сказать.

— Василий, так потому и зайти боюсь, что Вера меня благодарить начнет, а то — не дай бог, поцеловать решит. А ты человек ревнивый. Возревнуешь, да и прибьешь меня сразу. С кем потом преступления станешь раскрывать?

— Ох, Ваня, не мели языком, — вздохнул Абрютин.