Господин следователь. Книга девятая

— Если Верочка тебя поцелует — ничего страшного. Пойми, ей-то все наши ордена да звания побоку. Ты ее мужа от смерти спас, это важнее. Все-таки, мы с ней уже двенадцать лет вместе, попривыкли друг к другу.

Кокетничает Василий Не попривыкли, а любят они друг друга. Любят — и слава богу. Женаты, счастливы. Я им даже завидую.

— Приду, — пообещал я. — Ты только скажи — когда? Если ты мне четкое время назначишь — в смысле, дату, точно приду.

— Так завтра и приходи, — обрадовался Василий. — Я Вере скажу, она пирогов напечет. И Анечку свою приводи, чтобы одна не скучала.

— Нет, пусть лучше уроки делает, — твердо ответил я. — Ей Елена Георгиевна трудные задания по французскому задает — пусть мучается. А уж пирожок-другой Вера для Аньки мне и так даст, чтобы не ворчала.

— Строгая у тебя Елена Георгиевна, — хмыкнул Абрютин. — Между нами говоря, начальство гимназии твоей невестой довольно. И ученицы тоже. Виктория говорит — гимназистки бегают, спрашивают — мол, а нельзя ли Елене Георгиевне замуж выйти, но, чтобы остаться? И коллеги переживают, что ее муж из города увезет.

Ишь, все-то гимназистки знают. Впрочем, тайны здесь нет. Но я бы и сам остался в Череповце, но не светит.

Илья-таки принес чай и все прочее, вроде сушек и конфет.

— Василий, что вчера наши народные избранники решили? Договорились налоги снизить? — поинтересовался я, отхлебнув чай.

Крепкий, как я люблю. Молодец Илья, скоро его можно на коллежского регистратора экзаменовать.

Но про налогообложение послушать интересно. Я сам уже запутался во всех налогах. Скажем — кому я за землю плачу, на которой стоит мой дом? Городу, земству или государству? Похоже, что всем сразу.

Абрютин, раскусывая сушку, ответил:

— Милютин уже не знает, как с Румянцевым биться. Показывает ему расклады, решение губернского земства о том, что налоги нужно накладывать на весь город, а не на каждое домохозяйство, что по сравнению с другими уездами у нас самые повышенные налоги, а нашим земцам хоть кол на голове теши. Дескать — в Новгороде о наших делах ничего не знают, поэтому Череповецкое земство не обязано требования губернского земства исполнять. И что, что двойное обложение получается? Череповец — город богатый, а земству школы нужны новые, больницы.

— А что по межеванию?

— А то же самое. Земцы говорят — раз территория значится как уезд, а не город, пусть купцы земству платят, ничего не знаем. И своего согласия на новое межевание не дадим.

— Знаешь, такое впечатление, что Румянцев уезд своим удельным княжеством считает, — заметил я. — Губернатор ему не указ, губернское земство — тоже не указ.

— Это еще ладно, это решаемо, — поморщился исправник. — Наши земцы теперь еще и в политику лезут. Решают, как царством-государством управлять.