Господин следователь. Книга девятая

Лакей говорил, что почту для генерала он получал сам, а потом отвозил ее в поместье. Но про письмо камердинеру старик не упоминал, а я отчего-то не спросил. Ничего, не смертельно. Мне все равно еще придется беседовать с лакеем, возможно, что не один раз. Мог ли Мещеряков устроить увольнение бывшего камердинера, чтобы занять его место? Если за деньги — несложно. А деньги и угрозы — еще проще.

Ох, ну до чего же все сложно! Устранять со своего пути прежнего слугу (ладно, что не убили), втираться в доверие, чтобы повесить отставного инженер-генерал-майора. Закручено-то как! Напоминает какой-нибудь детективный сериал. Убийство в Восточном экспрессе, блин. Попроще-то нельзя? Общеизвестно, что чем сложнее план, тем сложнее его исполнить. Выпадет какая-то деталь, пиши пропало. Но в данном случае, все удалось. Или это я сам накручиваю и закручиваю, а все было проще?

Топать пешком до почтовой станции — версты две, было в лом, поэтому нанял извозчика.

— Жди меня здесь, — приказал я извозчику, соскакивая с пролетки и оглядываясь по сторонам."

"Почтовая станция — это не домик станционного смотрителя, где Самсон Вырин и живет, и принимает проезжих, а небольшой поселок: сама станция, вроде нашего автовокзала, четыре жилых дома, где обитает и начальник в чине коллежского регистратора (увы, потолок) с семьей, и те, кто обеспечивает жизнедеятельность — конюхи, сторожа, уборщики. А есть еще дом, где отдыхают ямщики, сарай, куда выгружают почту. Само-собой, что нужна конюшня, сараи для сена. А еще — постоялый двор и трактир. Бывает, что постоялый двор совмещен с трактиром, но у нас не так.

И то, что именуется постоялым двором, лучше называть гостиницей, пусть и это не по статусу. Гостиницей именуют то, что в черте города, аза чертой уже постоялый двор.

В два этажа, длинный, словно барак. По моим прикидкам, номеров на двадцать, если не больше. Когда я здесь был в последний раз, а случилось это в апреле, когда мы с Анькой нанимали карету до Питера, стоял тут довольно скромный постоялый двор. Помню, что был еще здоровенный штабель бревен, но я ему значения не придал. А тут, вишь, за лето новую гостиницу срубили. Обратно-то мы ехали напрямую, не останавливаясь, а что за окном кареты не посмотрели.

А у этого постоялого двора еще и вывеска есть. Что там над дверью?

«Принцесса с Маркса».

Та-ак… Уже сперли название нашей повести, да еще и с ошибкой. И шрифт написания мультипликационный. Он разве в эту эпоху уже есть? Не иначе, попаданец объявился.

— Здравия желаю-с, ваше высокоблагородие! Комнату-с желаете снять? — высунулся из дверей парень, судя по облику — кудревато-усатый, красная рубаха с кушаком, полосатые штаны, заправленные в сапоги — стиль аля-рюс, из прислуги. Кажется, коридорным именуют? Так ведь не горничный же.