Девушка с синими гортензиями

И поскольку свои отношения с Рейнольдсом она не то что не скрывала, а, наоборот, всячески афишировала, то вы сами можете делать выводы.

– Сколько лет вы ее знали? – спросила Амалия.

– С тех пор, как Жинетта пришла в «Жимназ» и стала играть там маленькие роли. Получается, с 1901 года или около того. Правда, когда она стала звездой, мы почти перестали общаться. И зачем она отправилась в тот круиз? Ей же говорили, чтобы она остерегалась воды.

– Кто говорил? – подняла брови Амалия.

– Ах, ну да, вы же не знаете ту историю… – оживилась мадемуазель Сильветт и рассказала о том, как однажды она сама, Женевьева Лантельм и еще одна актриса отправились к знаменитой предсказательнице узнать свое будущее."

"Та, оказывается, объявила мадемуазель Сильветт, что ее судьбу решит буква «В». И в самом деле, вскоре актриса вышла замуж за некоего Валантена. Лантельм получила совет остерегаться воды («Воды! – воскликнула тогда Жинетта, смеясь. – Хорошо, что не шампанского!»), а третья спутница – дороги.

– И третья актриса, конечно, погибла в дороге, – иронически усмехнулся Видаль, выслушав эту историю.

Мадемуазель Сильветт поглядела на него с укором. Затем сказала серьезно:

– Она попала в аварию на шоссе и была вынуждена уйти из театра.

Видаль поглядел на Амалию, и ему показалось, что баронесса готова сказать что-то не слишком лестное по поводу предсказателей и тех, кто им верит. Однако та перевела разговор на другую тему и спросила, что мадемуазель Сильветт думает о том, что случилось на яхте.

– Не знаю, – нерешительно протянула актриса. – Понимаете, я как-то не очень верю в несчастный случай. А если мы говорим об убийстве… – Мадемуазель Сильветт поморщилась. Судя по всему, ей, уравновешенной натуре, было неприятно даже произносить это слово. – Никто не мог убить Жинетту, кроме мужа, который ее ревновал. И еще, может быть, Евы.

– Вот как? Почему?

– Ева была влюблена в Шарля Мориса, как кошка, – усмехнулась мадемуазель Сильветт. – Знаете, все обожают говорить о том, как важна первая любовь… Но есть еще одна важная любовь, о которой обычно забывают и о которой редко пишут господа романисты: последняя. Жинетта играла с Шарлем Морисом в одной пьесе. Тот ей понравился, и она пригласила его на яхту. Ева, узнав об этом, устроила страшный скандал. Пришлось пригласить и ее. Кроме того…

– Да?

Актриса заколебалась, помолчала. Наконец снова заговорила:

– Не выношу сплетен, но это вовсе не сплетня, я слышала ее слова своими ушами. Словом, как-то раз, когда Ева выпила немного больше, чем нужно, она кое о чем обмолвилась. Я тогда не приняла ту фразу всерьез, а теперь думаю, что, может быть, Ларжильер не просто так ушла в монастырь.

– Что именно сказала Ева? – терпеливо спросил Видаль.