Горечь твоей любви

— Я чувствую, леди Ди, — проводит кончиками пальцев по предплечью, и я тут же покрываюсь мурашками, — чувствую твое безумие и желание каждым сантиметром на коже, каждой порой. Ты и сама видишь все, чувствуешь. Мир изменился, опять стал ярче.

Закрыла глаза, пыталась взять себя в руки.

— Я научилась жить во тьме, на ощупь. Так что иди к жене, — отошла от Ярослава, — заводи нового ребенка. У вас же ЭКО.

— Диана…

— Уходи, Ярослав, мне и так больно, — в горло словно битого стекла набили, говорить было больно.

Все его признания… Не нужны они теперь. Вот только разве сердцу прикажешь?

— Мы уже давно играем в новую жизнь, в которой НАС нет. Давай все оставим как есть. Будем жить, как жили…

— Я сейчас уйду, — спустя несколько минут напряженного молчания сказал мужчина. — Единственное скажи, что ты с квартирой сделала? Мне, правда, интересно.

— С какой квартирой? — о чем он вообще говорит? — С этой? Еще не знаю, наверное, продам.

— Я не про эту квартиру, про ту, нашу.

Он издевается надо мной? Решил теперь и поглумиться?!

— Какая квартира? Я от Миши тогда узнала, что ты женился, откуда я могу знать, что с квартирой? Меня выгнали оттуда практически сразу! Помахали бумажкой у носа и выставили за дверь.

Во мне кипела такая злость! Когда он уже перестанет!

— Кто тебя, бл*ть, выгнал, Диана?! Я переписал квартиру на тебя, она твоя. И тебе должны были принести документы на нее вместе с прощальным письмом.

— Я не получила от тебя ни письма, ни квартиры. Единственное что ты мне столь щедро оставил — разбитое на тысячу маленьких осколков сердце.

32

Ярослав

Когда ушел из бывшей квартиры Дианы, меня аж от ярости типать начало. Я не мог взять в голову те вещи, которые она мне говорила. Как так могло выйти? Почему я, бл*ть, не проконтролировал ничего?!

Все эти годы я жил с уверенностью, что сделал для Дианы хоть что-то хорошее. А на самом деле — ничего. Абсолютно ничего. Как такое вообще могло произойти? Я, нах*р, ничего не понимаю.

Сел в машину и с силой захлопнул дверь. Меня начло трясти так сильно, что я не мог попасть замок зажигания. Ударил по рулю раз, а затем еще и еще. Завел мотор и рванул с места, мне надо прочистить мозги."

"Я когда от Дианы тогда ушел, то только и грел себя мыслями, что хоть она ни в чем нуждаться не будет. С квартирой, с деньгами. Работал не покладая рук, чтобы обеспечить, чтобы хоть как-то вину загладить. У меня за душой и не было почти ничего. Кристина говорила, чтобы я к ее отцу шел на фирму работать. А меня от самой мысли тошнить начинало. Не пошел бы. Лучше с голода сдохнуть, чем принять его протянутую руку помощи.

Вскоре мне подвернулась удача, бывший прораб дал контакты его друга, который тоже строительством занимался.