Горец

И безумно радуюсь этой ошибке."

"Он просто прижимается к моим губам без намека на чувства, я обхватываю руками его шею, одеяло сползает с груди, обвожу языком контуры. Не отвечает, словно целую изваяние, но не сдаюсь. Осторожно прикусываю, почти так же, как он ранее, оттягиваю губу, дразню языком. Дрогнул. Я могу сейчас говорить только через движения, прикосновения, я не готова еще анализировать наши отношения. И они изменились без нашего разрешения.

— Возможно, дома поужинать — это самая лучшая идея, — шепчу в губы, все еще держась за его шею. Проходится ладонью вдоль позвоночника, ниже не опускается.

— Ужин тогда на твоей совести, — ах, эта балдежная хрипотца, именно по ней понимаю, что корки льда, которые возникли между нами после секса, растаяли.

— Обещаю приготовить что-нибудь изысканное, — кокетничаю, карие глаза вспыхивают, наконец-то улыбается.

— Что-нибудь легкое, чтобы не нагружать желудок, завтра день обещает быть насыщенным. Мне действительно нужно идти, Алена, — целует в уголок губ, я со вздохом отпускаю его. Нужно позвонить Дине. У нее опыт есть тесного общения вот с такими брутальными мужиками. Может подскажет, как не лохануться, и поможет распутать клубок моих противоречий

29

* * *— Ты поговорила с ним? — Дина поправляет подол моего свадебного платья.

— Если бы, — раздраженно вздыхаю, подруга поднимает на меня глаза. — Когда я приехала от тебя, дома меня ждал сюрприз!

— Бывшая что ли приперлась?

— Упаси боже, еще не хватало ее морду лицезреть. Нет, приехали сначала мои родители, внезапно решили с нами поужинать дома. Предупредили за полчаса. А следом Давиду позвонили его родители, сообщив, что тоже едут к нам, хорошо, что остановились в отеле.

— Когда ты вернулась, все были в сборе?

— Да. Хорошо, что муж мой успел заказать ужин из ресторана, раскидал наш бардак, сделав видимость порядка.

— Поговорили бы потом, после ужина.

— Ага, если бы. Его папа решил с ним обсудить какие-то вопросы, пока я намывала посуду, болтала с Мединой, время подошло ко сну. На разговор у меня не осталось сил.

— Ладно, поговорите потом.

— Не знаю, — вздыхаю, — Мне кажется ему по хрену до моих чувств.

— Ты ж сама говорила, что он смотрел на тебя так, словно ты для него единственная.

— Может мне показалось? Блин, Дин, я себя не могу порой понять, что уж говорить о чувствах мужа. Шутка уже не шутках и шутить совсем не хочется.

— Когда он тебя сегодня увидит, думаю признается в том, в чем ты себе не призналась.

— В любви что ли? — Дина поворачивает меня к зеркалу. Все сборы проходили без зеркала, я доверяла людям, создающую красоту. Смотрю на себя и пытаюсь представить реакцию Давида.