Тёмное сердце ректора Гордеева

А вот когда к промежности прижалась его эрекция, уже освобожденная от боксеров, все вдруг стало «по-взрослому»…

– Стой… подожди… – задохнувшись в панике, я предупреждающе выставила руку, упираясь ему в грудь.

– Все хорошо… я только снаружи… – приговаривал он, успокаивая не то меня, не то себя, ритмично толкаясь, осторожно проскальзывая между складочек всей своей великолепной, мощной и скользкой длиной… вверх и вниз… к влагалищу и снова вверх, к животу…

– Только вот так… снаружи… ох… какая же ты мокрая…

– О, боже, нет-нет-нет… – зажмурившись, бормотала я, стиснув зубы от напряжения, отчаянно сопротивляясь нарастающей, подминающей под себя волне…

Но это не помогло – меня хватило на три или четыре таких «вверх и вниз», а потом взорвало, подбросило и выкрутило наслаждением – таким мощным, что пальцы на ногах свело судорогой, а горло охрипло от криков.     

– И такой… такой тоже представлял… – слышала я сквозь грохот пульса в ушах, сквозь собственные стоны и всхлипы, не понимая о чем он, продолжая содрогаться, раскачиваться, выгибаясь так сильно, что непонятно было, как он удержал меня. 

И как только немного пришла в себя, поняла – он внутри!

В буквальном смысле – внутри, пристроился к разгоряченному входу – туда, где все еще пульсировало, все было горячо и мокро, и протискивается с каждым моим движением, с каждым судорогой все глубже и дальше …

По инерции я задергалась, сопротивляясь и вырываясь из его рук…

И вдруг остановилась, широко распахивая глаза и почти не дыша. Вдруг понимая, что все это – охренеть как правильно! Что ничего такого уж страшного не происходит и, что самое главное, что я… я хочу его внутри!    

Не веря в то, что чувствую – ведь ничего же еще не произошло, ничего не изменилось, и он все просто может хотеть меня одноразово трахнуть! – я прислушалась. К нему, к себе, ко всем этим вымученным, отрывистым стонам, вздохам и скольжению мокрых тел…   

Это ведь единственное, что я могла теперь – слышать его и осязать.

И снова поняла – это правильно, правильно! Так оно и должно быть!

– Расслабься… – пробормотал мне в шею Демьян, приняв мою напряженность за сопротивление. – Я не остановлюсь… Не смогу…

Словно показывая мне, что вот – он пытается, чуть вышел и снова с обреченным стоном надавил, проникая еще глубже и дальше – начиная вызывать в теле ожидаемую боль.

Я кивнула – тяжело дыша, слизывая стекающую воду с губ.

– Хорошо… только… осторожно… – слова давались трудно, выскакивая изо рта в унисон с горячими, прерывистыми выдохами. И с его движениями – ритмичными и плавными. Такими плавными, что непонятно было – это он трахает меня аккуратными, неглубокими толчками, или я сама насаживаюсь на него, лишая себя девственности.