Голод. Одержимые

Недолго думая я позвонил Самсонову и собрал небольшой взвод из отморозков, чтобы показать Андронову, что мою женщину трогать могу только я. Только Данил остался не удел. Его оказывается подстрелили, когда девчонки сбегали от спецслужб, громивших мой клуб.

Рядом сопел и переживал Грановски, но в такие моменты чужие заботы меня мало интересовали. Слишком уж я волновался за Василису, которая, судя по тепловизорам, была в гараже огромного каменного дома. И пока мы обстреливали основную часть дома, ей каким-то образом удалось выехать из дома на тачке с Майей и какой-то блондинкой за рулем.

Когда мы вошли в дом, предварительно расстреляв его в решето, там никого не оказалось. И следующие сутки, чувствуя, как внутренности стянуло узлом страха, я в панике бился в поисках Василисы.

«А если их с Майей перевез в другое место Андронов, а если Глызин уже насилует Майю», — зудел мне на ухо Грановски, не вылезая из своего лэптопа.

Но даже его примочки хакера ничем нам не помогали.

И мы бы уже подрались, как вдруг в кабинет Грановски, в его многоэтажном офисном здании, входит Максим Одинцов."

"Этого парня я помню, как беса, парня, который зарабатывал деньги на подпольных боях в моем клубе, но сейчас его скорее можно сравнить с адвокатом дьявола, насколько вышколенным и лощеным он был.

Даже его кудрявые патлы приняли более прилизанный вид, а треники сменились брючным костюмом.

И только взгляд. Все того же волка. Волка, готового загрызть любого ему неугодного.

И когда он начал говорить, сердце замедляло свой бег, а дыхание буквально перехватывало.

Все в нашем мире как известно ради бабла. И чем его становится больше, тем запросы вырастают.

А еще деньги — это власть, и именно ею болел Андронов, тот самый дьявол, на которого Максим работал. Тот самый, кого мы упустили. Тот самый, который мною так долго манипулировал.

Его связи позволили перехватить сигнал моей конторы из США. Её, как оказалось, давно нет и в помине. Но Андронов на протяжении трех лет давал мне указания от их лица, как раз во времена последней поставки девок в Европу.

То есть еще раз… Андронов манипулировал мною, как личной игрушкой, как личным солдатом, который делал все так, как ему нужно. Но взбесился, когда я начал взбрыкивать и не убил мэра Москвы.

— У него совсем крыша поехала? — ору на Максима, который как будто безразлично попивал кофе. Его словно не волновал тот п*здец, о котором он тут болтает.

— Властью наделенные люди уже не могут остановиться, а Андронов всегда строил из себя Бога, который собрал вокруг себя коллекцию кукол и умело ими руководил.

— Кто тебе помог вытащить компромат из дома? — спросил уже порядком успокоившийся Грановски.

— Лана, — поднял взгляд Максим.