Голод. Одержимые

Макар уже не обращает внимания на врача, наклоняется ниже, обхватывает рукой мою грудь, давая мне ощутить, как сильно он властен над моими чувствами. Обычно.

Но он забывает, что чувства к ребенку сильнее. Нет ничего страшнее матери ребенка, которого хотят обидеть. Она волчица, скалящая зубы. Она, рвущая на части жертву, медведица. Она тигрица, впивающаяся клыками в тело врага. А сейчас мой враг Макар.

Углубляю поцелуй, прикусывая, посасывая язык, шепчу как люблю его и медленно расстёгиваю кобуру, потом резким движением достаю пистолет, большим пальцем снимаю с предохранителя.

Вот и все. Отсчет пошел на доли секунды.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Раз…

Два…

Три…

Макар слышит щелчок, покидает губы и смотрит в глаза, прекрасно ощущая, как дуло пистолета теперь упирается в его плечо.

Хочу сказать, что лучше убью тебя, чем позволю причинить вред нашему ребенку, но молчу, потому что перед выстрелом говорят только преступники из дешевого кино. Но мы ведь не в кино, это долбанная жизнь, Макар и в ней нет места Хеппи Энду.

Нажимаю на курок, слышу глухой выстрел, пуля на вылет разбивает стеклянный стеллаж, и я вижу, как Макар тут же валится на пол от толчка, задевая поднос врача, от чего все падает за ним.

Направляю оружие на свидетеля, стараясь не смотреть на тело Макара.

Врач тут же меня отвязывает и склоняется к потерпевшему, пока я, пошатываясь, иду на выход. Бросаю оружие на пол.

Оборачиваюсь и вижу, как врач набирает номер скорой бригады.

— Он будет жить? — спрашиваю тихо, сдерживая желание подбежать, переживать, просить прощения.

— Будет… — говорит он, и я сбегаю, думая, что срочно нужно протрезветь, чтобы запомнить каждый миг этого безобразного вечера.

Выбегаю из больницы, на метро мчусь в общежитие и сразу собираю вещи, почти не отвечая на вопросы Даши.

Макар очнется, рана в плече зарастёт. Он будет искать меня."

"И неизвестно чем закончится наша встреча. Поэтому первым делом на следующее утро, после жуть как некомфортной ночи в комнате отдыха на вокзале, звоню дяде Давиду. Я не хотела попрошайничать, но это критический момент. Пора просить поддержки у столь же влиятельных людей, как сам Макар.

— Дядя Давид, можно я у вас поживу пару дней… — Или недель.

Глава 29

Оделась я как в старые времена.

Не стоит Давиду знать, каким гардеробом меня обеспечил Макар.

Ему вообще про Макара ничего знать не нужно. И про ребенка. Просто поживу у него, пока не придет время сделать тест на отцовство.

Затолкаю бумажку глубоко в глотку и забуду об этом мужчине, как о страшном сне. И даже денег не возьму. Не дождется.