Годовой абонемент на тот свет

– А вы описаетесь, как Черри, – тихо добавил Семен. – Вон какую лужу от страха бедолага напрудила.

– Снято! – закричал Энрике. – Гениально. Собаке отдельный респект. Кто ее научил?

– Конечно, я, – громко заявил полковник. – Кто еще в нашем доме способен на креатив?!

Глава 36

Прошел месяц. В четверг в нашем офисе собралась большая компания. Зинаида Львовна, бледная, похудевшая, но вполне бодрая, сидела слева от меня, справа расположился мрачный Илья, он постоянно вздыхал, наверное, еще не очень хорошо себя чувствовал. Павел постарался устроиться как можно дальше от родственников, он выбрал стул между Дегтяревым и Семеном.

– Все тут? – уточнил полковник.

– Да, – коротко ответила я.

Александр Михайлович удовлетворенно кивнул:

– Итак, господа. К нам обратился Павел Комаров. Сказал, что Зинаиде Львовне начала звонить пропавшая много лет назад внучка Варя. Сомнительно, что это на самом деле она. Кто-то, узнав о том, что случилось когда-то в семье Комаровых, решил поиздеваться над вами. Зинаида Львовна, можете детально рассказать историю исчезновения девочки?

– Так моя семья и так ее знает, – поморщилась пожилая дама. – Я уже один раз объясняла. Девочку увели из парка. Варя подбежала к педагогу со словами: «За мной пришла Настя». Мерзкая учительница не удосужилась посмотреть, правда ли за ней приехала мать, поверила Варе. Разрешила ей уйти. Все! Надо было добиться суда над бабой. Но у меня тогда ни моральных сил, ни физических на это не нашлось.

– Странно, что дочь звала мать Настей, – заметил Семен.

Зинаида Львовна сморщилась так, словно хлебнула лимонного сока с уксусом.

– О покойных плохо не говорят.

– А вы просто правду расскажите, – попросила я.

Комарова опустила голову."

"– Анастасия очень заботилась о своей внешности. Постоянно бегала по СПА-салонам, косметологам. Пробовала все, что можно: уколы, лазер, шлифовку, маски, кремы. Огромное количество денег уходило у невестки на поддержание тела. Вот о душе она не думала. Гневливая была, истеричная. Чуть что не так, по всему дому ее визг раздавался. Вечно придиралась к Илюше. Он терпел закидоны жены стоически, но манипуляторша умела вызвать супруга на скандал. Она, как пианист, нажимала на разные клавиши, Илья повышал голос. Вот тогда Настя затыкалась, ходила с обиженным видом, плакала. Илюша бежал ей за подарком, чувствовал свою несуществующую вину. А супруга прямо расцветала: добилась своего, довела Илью до стресса. Настя питалась отрицательными эмоциями. Она была вампиром.

Зинаида Львовна повернулась к сыну.

– Думаю, тебе неприятно все это слушать, но из песни слов не выкинешь. Жену ты себе выбрал недостойную. Я прекрасно понимала: Анастасии только деньги нужны. Более ничто и никто. А ты голову потерял.