Год волка

– Эдин, Эдин, Эдин, – почему-то нарочито женским голосом говорит нависшее надо мной нечто.

Я тяжело открыл глаза и увидел перед собой лицо Мари.

– Слава Авелину! – девушка облегченно выдохнула. – Вы пришли в себя. Я так переживала за вас! Нет-нет, не вставайте. Вас сильно ударили по голове. Вы должны лежать!

– Где… где мы? – я с трудом разлепил пересохшие губы.

– Мы в каком-то лесном лагере, – Мари шмыгнула носом и затравленно огляделась. – Здесь полно этих неотесанных грязных гадов. Тех, что на нас напали. Неужели вы этого не помните?

– Нет, я помню! Это я помню.

– Мне страшно Эдин, – Мари снова шмыгнул носом и утерла запястьями глаза.

– Ты… ты же сбежала? Почему ты не убежала? Что… что они с тобой сделали? – внезапно пришедшее понимание происходящего, заставило меня ужаснуться.

Видно мои чувство отразилось на моем лице.

– Нет-нет ничего! Ну кроме того, что меня связали и приволокли сюда силой. Когда я побежала, то наткнулась на другую группу с тем бородатым. Он велел меня связать, а потом послал за вами и теми двумя. Эдин, мне так стыдно, что я вас бросила. Просто я так сильно испугалась. Простите меня.

– Тебе не за что извиняться. Ты все сделала правильно, – я попытался привстать на локтях.

Перед глазами тут же расплылись разноцветные круги. Поборов головокружение и тошноту, я огляделся. Находились мы внутри постройки сооруженной из плотно подогнанных друг к другу бревен. Окном служила небольшая узкая бойница под самой крышей постройки. Помещение было довольно небольшим. Две лежанки, на одной из которых сейчас находился я, составляли все скудное убранство хижины. Мари поднесла мне неприглядного вида миску к губам.

– Попейте, – сказала она и чуть наклонила миску, так чтобы мне было более удобно.

– Спасибо, – благодарно ответил я, припадая губами к живительной влаге. Вода была теплой, к тому же отдавало болотом. Да и ее цвет не внушал мне особого доверия. Но в тот момент мне она показалась самым что ни на есть вкусным напитком в мире.

Осушив миску, я лег обратно. Затылок сильно саднило. Мари села рядом, положив свою теплую ладонь мне на плечо.

– Вам надо поспать Эдин, – сказала она. – У нас здесь больше нет лекарств кроме сна.

– Что с леди Габриэлой? Бароном? Ты их видела? – спросил я.

Мари некоторое время молчала, уставившись взглядом в угол постройки.

– Нет, – наконец ответила она. – Я не видела их. Но думала о них. Все это время пока вы были без сознания. Мне бы очень хотелось верить, что они живы. Но…

Девушка запнулась и из ее глаз покатились крупные слезы. Я взял ее за руку крепко сжав ее ладонь в своей.

– Что с нами будет Эдин? – она вся дрожала.

Ей было страшно. И я ее понимал. Я тоже боялся. Но не за себя. А за Мари. Габриэлу и Кравита. За Квинту.