Год полнолуний

Змеловог забился среди леса, расставаясь с жизнью, обломал-таки судорожными сжатиями мышц несколько деревьев, и замер.

— Вот и всё, — тяжело дыша, сообщил Велемир, выезжая из-под крон. — Запомни, Аристон… Чем больше монстр, тем проще с ним справиться. Куда хуже мелкие, но изрядные числом.

— К заставе скорее поехали! — воскликнула, подъезжая девушка.

— Экая ты быстрая, — перевёл дух старик. — Ты на моего мерина посмотри. Он только что такую скачку выдержал, что и в кошмарном сне не приснится. Ему теперь до вечера шагом ходить нужно, силы восстанавливать.

Путь от места гибели змеловога до заставы занял минут двадцать — и сразу стало ясно, что они опоздали. На месте воинского укрытия копошилась однородная рыжая масса: подошедшие позже арахнопаки бегали по спинам своих товарищей, пытаясь подлезть по них и добраться до добычи — но своего места никто уступать не пытался.

— Странный сегодня день, — пробормотал Велемир. — Долина будто встрепенулась, как мокрый пёс, и раскидывает тварей в несчётном количестве. Змеловог чересчур большой, восьмилапых не сосчитать, заставу потеряли. Нужно сегодня к оракулу идти. Не то что-то в мире происходит.

— Они нас заметят, дед, — предупредил Аристон.

— Я этого и хочу. Они, как всё разорят, дальше пойдут. Если нас заметят, то за нами погонятся. Коли нет — пойдут в сторону города и такое там устроят, что пограничникам по гроб жизни от позора не отмыться будет. Давай-ка, Аристон, поближе подъедем. Пусть видят.

Всё произошло куда быстрее, нежели они могли подумать: сотни восьмилапых существ с собачьими головами все вместе хлынули через стену и помчались к новой добыче.

— Бежим!!! — старик повернул коня, послал его в галоп. Раненый паренёк и девушка помчались следом.

— И д-долго на-ам так нёс-ст-тись? — подпрыгивая в седле, спросила хозяйка двора.

— Пока кони выдержат, — оглянулся на неё Велемир. — Чем дальше тварей в пустыню уведём, тем дольше им назад к человеческому жилью возвращаться. А Щит должен быть уже на подходе. Он аранопаков остановит, против него ничто не устоит.

Кони начали уставать где-то через час бешеной скачки. Восьмилапые приближались к спинам всадников медленно, но неуклонно.

— Кажется, и наша очередь пришла, — устало выдохнула девушка. — Я больше не могу.

Старик оглянулся на неё, потом на арахнопаков, потянул на себя правый повод, отворачивая коней. Девушка увидела, как от неё отделилась, как бы выросла прямо из тела, другая всадница, которая продолжила скачку, а от кобылы хозяйки остались только уши, летящие в воздухе, подобно двум бабочками. Хозяйка двора посмотрела по сторонам и увидела ещё четыре лошадиных уха и столько же — человеческих.

— Мы уходим? — осторожно спросила она.

— Да, — послышался голос Велемира.