Год нашей любви

Я знала: дело не в том, что все опасались, что я потеряю мяч – мяч теряли все. Проблема состояла в том, что мои партнеры, все, кто видел, как я передвигаюсь на костылях и разъезжаю повсюду в кресле, думали, что я хрупкая. Они боялись поставить меня в положение, в котором мой тюбинг могут атаковать. Это было нелепо. И я была так разочарована, что хотелось плеваться от досады.

– Привет, Дэниел! – послышался голос с противоположного конца бассейна, где тренировалась другая команда. – Хочешь замес?

– Отлично! – сказала Эллисон. – Давайте покажем факультету Тернера, кто тут главный.

Капитан Тернера, тощий парень в крохотном спидо, подвел своих ребят к нашему краю.

– Нас сегодня только шестеро. Играем шесть на шесть или вы передадите нам кого-то из своих парней? Или девчонок?

– Я пойду! – подняла руку я.

– Отлично! Кто засекает время?

Я перебралась на сторону Тернера, к игрокам, которых не знала визуально. Когда раздался свисток, я метнулась прямо в эпицентр борьбы. Прошло не больше минуты, как один из партнеров по команде увидел, что я открылась, и бросил мне мяч. Я поймала его – хвала небесам – и перепасовала. Пару минут спустя я снова поймала мяч – на этот раз еще ближе к цели.

Вратарем Бомонта был здоровый бородатый парень по прозвищу Медведь. Ясно, что его выбрали из-за габаритов, а вовсе не из-за высоких результатов. Я сделала ложное движение влево, и он тут же купился на это. Когда я получила мяч, никто из команды Бомонта не сделал попытки опрокинуть меня. Я могла бы держать эту штуку весь день. Но я не стала. Быстро и уверенно я забила мяч в правый угол сетки.

Мои новые партнеры по команде одобрительно зашумели, а я начала получать удовольствие от игры.

Я передавала мяч несколько раз после этого, играя безопасно. Но когда открылось новое окно, я снова не преминула этим воспользоваться. Усвоил урок только вратарь – его стало чуть сложнее обойти. Но и на этот раз я справилась. Оставшиеся бомонтовцы снова попятились, когда я держала мяч. Глупцы. Я забила еще два раза, прежде чем они устали от своей галантности.

В следующий раз, когда я получила мяч, Эллисон стала действовать иначе. Пока я рассчитывала свой бросок, она подплыла к моему тюбингу и накренила меня. Однако мне удалось перепасовать мяч, прежде чем она опрокинула мой тюбинг. Я шлепнулась в бассейн со всплеском. Мы обе смеялись, пока я выбиралась на поверхность.

После этого маски были сброшены, и начался серьезный бой. Бомонтовцы перестали меня бояться, так что мне приходилось делать гораздо больше пасов, чем бить. Потом, уже прямо перед звонком, капитан Тернера переправил мне мяч, когда я была прямо перед сеткой. Моя фея надежды, одетая в бикини, радостно потрясла серебристыми помпонами.