Год нашей любви

Хартли открыл дверцу, и она, сбежав по ступенькам, бросилась к нему, чтобы поцеловать и потрепать по волосам.

Она была милой и оказалась моложе, чем я могла ожидать. У нее были блестящие черные волосы и нежно-розовая кожа, а глаза – такие же красивые, как у Хартли, только темнее.

– Добро пожаловать! Добро пожаловать! – радушно воскликнула она, как только Дана вылезла из машины. – Я Тереза.

– Привет, тетя Тереза! – завопила Люси, обнимая ее за талию.

Без лишних слов сестренка Бриджера взбежала по ступенькам крыльца и скрылась в доме.

– Мам, это Каллахан и Дана.

– Надеюсь, мы не помешаем, – не удержалась я. – Хартли ни за что не хотел позволить нам остаться в кампусе.

– А там и нельзя оставаться! – засмеялась она. – Особенно в День благодарения!

Дана вложила бутылку вина в ее руки.

– Спасибо, что приняли нас.

– Всегда рада вас видеть! Но подожди, Адам, ты не сказал, что Каллахан – девушка. Она может и не захотеть спать с тобой в одной комнате.

– Мам, любая девушка мечтает разделить со мной постель.

Я шлепнула его по руке, а Тереза засмеялась.

Он повернулся ко мне:

– Моя кровать – размером с Массачусетс. Я не шучу. – Затем – к матери: – Ты ни за что не заставишь меня спать на этом зловещем диване. – И добавил, поцеловав Терезу в щеку:

– Хорошо, – ответила она.

– Есть что-нибудь, чем я или Бриджер можем тебе помочь?

Она, размышляя, наклонила голову.

– Машине не помешала бы смена масла. Можете заняться этим во время уик-энда – сэкономите мне сорок долларов.

– Договорились, – сказал он.

Тереза уже приготовила большую часть блюд для праздничного стола. Индейка была почти готова, а два пирога остывали на столе. Несмотря на это, Хартли повязал передник и вылил в миску кварту жирных сливок. Потом он достал из шкафчика венчик и принялся энергично взбивать их.

– В чем дело, Каллахан? Никогда не видела парня со сливками?

Я попыталась скрыть удивление.

– Не думала, что увижу тебя за готовкой.

– Я просто ассистирую.

Он прибавил скорости, и движения венчика слились в расплывчатое пятно. Потом взял стакан сахара, добавил немного в миску и продолжил взбивать.

Я постаралась не смотреть на Хартли – за работой он выглядел очень аппетитно.

– Чем тебе помочь? – спросила я. – Я не то чтобы повар, но быстро учусь.

– У нас все под контролем, – ответила Тереза, хотя казалось невероятным, чтобы в два часа дня в День благодарения для меня не нашлось никакой работы.

– Мам, – сказал Хартли. – Каллахан выходит из себя, когда с ней нянчатся. Если хочешь мира в королевстве, срочно найди ей занятие.

Его мать рассмеялась:

– Извини меня, Кори. Я просто не привыкла. Никто из друзей Хартли не проявлял энтузиазма, когда дело касалось работы на кухне.

– Мило, мам, – заметил Хартли.