Виктор Глухов

 — ответил я.

Верея вытаращила глазенки. Спрятала за спину принесенную мной коробочку конфет и сказала:

Мне стало одновременно тепло и смешно, я погладил ее по голове и ответил:

— Я переодела ее в платье дочери и уложила отдохнуть, пока вы будете делать эликсиры.

— Идемте, Грута, в лабораторию, эликсиры теперь будете делать вы и получать двадцать процентов от продажи.

Я мягко взял ее за руку и повел в подвал. Там около часа смотрел, как она наполняла и заряжала фиалы. Каждый из них я проверил сам лично и убедился, что мой метод передачи заклинания работает, только все получается немного медленнее, чем если бы это делал я.

— Здесь зарядов примерно на сто пузырьков, — сказал я, — через неделю амулет восстановит свои свойства и можно будет опять с ним работать.

Сказать, что Грута была счастлива, значит ничего не сказать. Она задохнулась и в порыве благодарности прижала мою руку к своим губам.

— Спасибо, ваша милость. — Ее душили слезы.

Я понимал ее состояние: эликсиры пользовались спросом. Отдавая ей амулет, я оказывал женщине огромное доверие, а кроме того, увеличивалась ее доля от продаж.

— Здесь девяносто золотых, — сказала она и протянула мне кожаный кошелек. — Продажа за две недели. — Она была горда.

Еще через час приехали вызванные Борт с Ужом. Когда хозяйка увидела моих подельников в шелках и бархате, то лишилась дара речи. А оба ученика идриша только поморщились.

— Ваша милость, — взмолился Борт, — освободите меня, не могу я больше, и ребята грозятся убить кровососа.

— Ты знаешь, что такое слово "надо"? — положил я руку на широченное плечо Кувалды.

Тому оставалось только вздохнуть.

— Чарый, — обратился я к Ужу, — к тебе подойдут люди от меня, будут учить работать по твоему профилю. Через трик будешь сдавать мне зачет. Не справишься — оставлю помогать идришу навсегда, — его тоже похлопал поощрительно по плечу.

— А когда подойдут? — осторожно спросил он.

— Скоро, — неопределенно ответил я.

— И уже можно не ходить к Изе? — так же осторожно спросил он.

— Вот когда подойдут, тогда можно не ходить.

Лицо парня прояснилось, а Борта перекосило.

— Грута, будь добра, пригласи девушку, нам пора ехать, — попросил я.

— Я уже готова, — раздался звенящий голосок, и в комнату вошла Ринада.

У разнаряженных "господ" отвисли челюсти. Они широко раскрытыми глазами смотрели на умытую и причесанную девушку с рыжими волосами, на пару пальцев недостающими до плеч. Увидев берку, Шиза хмыкнула: "Хороша, чертовка".

— Хватит глазеть на девушку, поехали к Увидусу, — сбил я оцепенение с товарищей.

У Увидуса было как всегда немного народу, и он сам сидел за какими-то подсчетами. Что там можно было подсчитывать, я представить себе не мог — от силы пять-шесть постояльцев и столько же посетителей.