Лихой гимназист

"

"— Не утруждай себя, — остановил его Александр Данилович. — Я ненадолго.

— Как знаешь. Но, прости, я никак не могу понять…

— Ты во всём виноват, — проговорил Александр Данилович. — Ты виноват в том, что стало с моим сыном.

Брови Тимофея поползли на лоб от удивления.

— Прости, но я не понимаю, о чём речь? Что случилось с Алексеем, и чем я провинился?

— Ты внушал моему сыну дурные идеи. Это испортило его. Он стал воровать мои книги и втайне изучать тёмную стихию. И вот, к чему это привело.

— Алексей сам излечил травму, из-за которой не мог ходить. Разве это плохо? Разве это не доказывает, что я был прав? Ты напрасно запрещаешь ему заниматься чарами. Нельзя хоронить талант.

— Он изменился с тех пор, — Александр Данилович задумчиво уставился в сторону. — Сильно изменился. Я не узнаю собственного сына. Он переехал на отдельную квартиру, не уведомив меня. Не ты ли дал ему взаймы денег? Он ведёт себя странно, не признаёт родительский авторитет, дерзит. Это не мой сын.

— Действительно, я заметил в нём некоторые перемены во время последней нашей беседы, но в его возрасте это нормально — Алексей взрослеет. И нет, денег я ему не давал и о переезде слышу впервые.

— Последней вашей встречи? Ты опять пригласил его к себе домой? И что же на этот раз внушил ему? Ослушаться родительского наказа?

— Саш, ты пойми, я не считаю правильным то, что ты делаешь. Ты губишь наш род, губишь талант, данный нам Господом, — с жаром проговорил Тимофей. — Если Алексей не овладеет заклинаниями, его потомки окажутся немощными. Ты готов смириться с этим? Я — нет. Талант у парня надо развивать. Ты ли этим займёшься или кто-то другой — не имеет значения.

— Как это понимать? Что ты собираешься делать?

— Добиться его перевода в первую гимназию в класс, где обучаются заклинатели тёмной стихии. Это сложно, но у меня есть нужные знакомства. Уверен, там ему будет лучше.

— Что ж, делай, что хочешь, Тимофей. После того, что произошло, он мне больше не сын.

— Напрасно ты так. Мальчику нужна отцовская поддержка. Да, у него в жизни трудный период. Взросление, ещё и эти проблемы со сверстниками, но…

— Не смей мне указывать, что я должен делать. Из-за тебя я лишился сына — из-за тебя и твоих глупых идей, которыми ты кормил его, — Александр Данилович говорил негромко, но в каждом его слове звучали боль и злоба.

— Ты сгущаешь краски, а твой тон слишком резок. Не смей меня обвинять в том, что я желаю блага твоему сыну и нашему роду. И не забывай, что ты у меня в гостях.

— Блага? Нет, брат, от тебя один вред. Ты лгал мне, ты предал меня.

— Довольно! — нахмурился Тимофей. — Ты перешёл черту. Я могу воспринять твои слова, как оскорбление.

— Ты — бесчестный человек, — Александр Данилович лишь ещё сильнее распалялся. — Ты убил моего сына. Я это так не оставлю.