Герцогиня-дурнушка

Тео смутно услышала поднявшийся гул голосов, но она их совсем не слушала. Она так соскучилась по поцелуям… Не по постели, но по поцелуям.

Джеймс был горячим, и властным, и… надежным.

Наконец, собравшись с духом, Тео отдернула голову; отталкивать от себя Джеймса – все равно что пытаться сдвинуть с места глыбу мрамора.

– Я не нуждаюсь в твоей защите, – прошипела она.

Джеймс снова взглянул в окно. Там, на улице, люди то и дело подпрыгивали, чтобы лучше видеть. Он помахал им рукой.

– О господи… – простонала Тео.

А муж вдруг приподнял пальцами ее подбородок и запечатлел еще один поцелуй на ее губах, одновременно другой рукой задергивая занавески.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Куда делась изысканная утонченность прошлого вечера? Исчезла бесследно. На лице Джеймса было отчетливо написано вожделение. Чистейшее и бесстыдное.

Паника охватила Тео, и она отступила от мужа.

– Дейзи! – воскликнул Джеймс. – Дейзи, ты ведь не боишься меня, не правда ли?

Она не могла сказать ему правду. Разумеется, она не боялась его.

Поэтому она бросилась бежать в свою безопасность – в спальню.

В течение долгих лет жизнь Тео была прекрасно организована. Она знала каждую книгу в книжном шкафу, каждую ленточку в ящике своего комода, каждое платье в гардеробе. Графиня окружила себя красотой, и каждая вещь, которой она владела, была исключительно изысканной. Да и Джеймс прежде отличался ярко выраженной элегантностью. Но теперь – несмотря на великолепный костюм – он казался скорее грубым, чем красивым. Его неуемная энергия по-прежнему была при нем, но избыток ее превратился в физическую мощь. У Тео не осталось ни малейших сомнений в том, что он хотел бы возобновить те неупорядоченные интимные отношения, которые были у них когда-то… столь недолго.

Но она никогда больше этого не допустит. Никогда!

И все же – не считая королевских особ – в Англии не было более могущественной персоны, чем герцог. И если Джеймс захочет удержать ее, то удержит. И он непременно затащит ее в постель.

Сердце Тео снова забилось в груди в бешеном ритме, подскочив к самому горлу, и внезапно ее охватил жар, так что ей показалось, будто воздух в комнате раскален, словно в горящей печи. Джеймс скорее всего войдет к ней в спальню грядущей ночью и заявит свои супружеские права. Войдет точно так же, как он вошел в ванную комнату.

И он имел на это полное право. Имел полное право согласно английским законам.

Тео забралась в постель в одних панталонах и свернулась клубочком. Если она вздремнет, то, проснувшись, возможно, обнаружит, что этого дня никогда не было. Возможно, она сейчас просто бредит в горячечном жару и ей причудился кошмар.

Но все же чудесная сказка закончилась тем, что гадкий утенок превратился в лебедя.