Герцогиня-дурнушка

Я надеялся на…

– На мгновенное примирение?

– По крайней мере на прекращение вражды. Но она очень изменилась.

– Как и ты. Помнишь того зеленого юнца, который приветствовал меня, выбросив свой парик за борт? Вот кого помнит твоя жена. Теперь она столкнулась с крепким, отмеченным шрамами пиратом с татуировкой под глазом. Неудивительно, что она хочет уехать.

– Она очень изменилась, – повторил Джеймс, чувствуя себя дураком.

– Думаешь, ей было легко после твоего отъезда? – Гриффин фыркнул. – Тебе еще повезло, что она не превратилась в мегеру.

– Наверное, то же самое можно сказать и о твоей жене, – заметил Джеймс. Его до сих пор не оставляло чувство вины. Да, он был в ярости, когда покидал Англию. И он не задумывался о затруднительном положении Дейзи – оказался безрассудным мерзавцем, как на это ни посмотри.

Тяжко вздохнув, Джеймс пробормотал:

– Тео превратилась в ледышку. Она… Обычно она была веселой и забавной, а сейчас…

Губы Гриффина скривились, но он ничего не сказал.

– Проклятие! – с горечью воскликнул Джеймс. – Я так много напутал в своей жизни. И я погубил Дейзи. Сейчас она похожа на одну из тех ледяных скульптур, что мы видели в Галифаксе. Прекрасная, но замороженная. Она раньше не была такой. Она ужасно разозлилась из-за того, что я не держал свои причиндалы в штанах.

– Имеет на это полное право, на мой взгляд, – проворчал Гриффин.

– Когда она выгнала меня из дома, то сказала, что наш брак закончился, и я ей поверил. Неужели она рассчитывала, что я буду хранить ей верность до конца своих дней?

– Очевидно, так. – Гриффин рассмеялся.

Джеймс посмотрел на него с раздражением.

– Иногда я жалею, что нож не вонзился в тебя на дюйм или два левее. Тогда бы ты так не веселился.

Гриффин поморщился и проворчал:

– Как бы ты себя чувствовал, если бы клинок вонзился рядом с лучшей твоей частью? Меня все еще мучают ночные кошмары на эту тему. Я мог бы стать жалким кастратом, скажу тебе откровенно. – Он помассировал бедро. – Этот шрам ужасно чешется. Должно быть, наконец-то заживает.

Гриффин поднялся на ноги и принялся расхаживать по комнате.

– Как ты думаешь, скоро мы получим эти помилования? Я провел в этой комнате только полдня, а уже готов рвать занавески.

– Сейчас дело только за подписью принца-регента, – ответил Джеймс. – Я отдал Макгиллу тот рубин, который мы взяли с «Дредноута», для передачи Его Королевскому Высочеству в знак нашей благодарности.

– Как может регент не подписать, если добродетельный капер оказался его собственным герцогом? – проговорил Гриффин. – Да, кстати… Тебе без хлопот удалось получить свой титул? Или они уже пропели по тебе панихиду?

– Но я ведь был еще жив, когда вошел в Палату.