Герметикон

Он кубарем скатился с кровати и теперь прыгает на одной ноге, торопливо натягивая штаны. Получается плохо, потому что Драмара бьёт нервная дрожь, но сейчас такое время: всех бьёт.

— Какая атака? — Девушка хватает шелковый халат, через мгновение понимает дикость жеста и швыряет расшитую тряпку прочь. ""В шкафу должен быть комбинезон!"" — О чём ты?

— Селтих нас поимел!

Взрыв.

Сыплются стекла. Вопли.

Центр Фадикура — средоточие штабов и управлений, мозг группировки — пылает. Сначала на него рухнул доминатор — скорострельные орудия импакто превратили его в решето, — а затем посыпались тяжёлые гостинцы с подоспевших бомбовозов. Дома разлетаются в клочья, повсюду мечутся полуодетые люди, крики, выстрелы.

Взрыв. Взрыв.

Шнуровать ботинки Накордо не стал, надевать китель тоже — хватит рубашки; выдернув из кобуры пистолет, он подскакивает к окну, а через пару секунд к нему присоединяется натянувшая комбинезон девушка.

Взрыв. Взрыв. Взрыв.

Бомбы у проклятых землероек не заканчиваются, но Кире плевать на падающую с неба смерть.

— Десант! — кричит Накордо.

Серое небо украшено бессчётными белыми куполами, но на них девушке тоже плевать. Уже плевать, потому что… Она слышит мощные взрывы, видит поднимающееся над Аласором зарево и рыдает:

— Паровинги! Драмар, они зашли с воды!! Мои паровинги…

Превратились в костры.

Кажется, весь Аласор превратился в один большой костёр.

Для малых и средних катеров — прогулочных, почтовых, полицейских и рыболовецких — кузель слишком велик, и на них ставят обычные паровые машины, которые разгоняют лёгкие судёнышки до тринадцати, а то и шестнадцати лиг в час. Хорошо разгоняют, а потому малые и средние катера шли в строю лишь до тех пор, пока флотилию не обнаружили.

Первый же выстрел с доминатора послужил сигналом: шустрая мелочь резко прибавила, азартно вырвалась вперёд и врезала по длинным рядам паровингов тупорылыми торпедами, смешав на Аласоре удивительный коктейль ""огонь-вода"". И немного крови.

Первый залп дали издалека, но каждая торпеда попала в цель, потому что целей — паровингов — слишком много. Безумно много. Они стояли крылом к крылу и словно ждали палачей. И каждая торпеда — взрыв. Огонь перекидывается на те самолёты, в которые не попали тупорылые, от жара детонируют боеприпасы, королевский уксус из разлетающихся кузелей прожигает всё на своём пути.

Вопли."

"Первый залп ещё не отгремел, а минные аппараты уже выплюнули следующие подарки, после которых отвернула часть катеров: у них закончился боезапас. Серия новых взрывов, а сзади накатывает волна вместительных тихоходов, и у каждого заготовлено не менее четырёх торпед.

Взрывы. Огонь. Обломки, трупы и снова взрывы.