Герметикон

Пока паровинги утюжили форт, два алхимических поста, Сантеро и Лепке, торопливо пересекли нейтральное поле, вышли на заранее рассчитанные позиции — на расстояние выстрела — и теперь готовились к залпу. А к бродам устремились эрсийские ""Клоро"".

— Товьсь!

Затухает последняя ракета.

— Огонь, — шепчет Адам.

Его не слышат, потому что ""Азунды"" работают самостоятельно, но огонь приходит. Чуть раньше, чем ожидалось.

С той стороны реки.

Не менее шести снарядов накрывают выбранный алхимиками пятачок, а три из них влетают в первый расчёт, превращая ""Азунду"" в гигантский, устремлённый к чёрному небу костер."

"Ракеты погасли, но на излучине всё равно светло.

Приотцы научились обороняться. Или их научили — какая теперь разница? Теперь важно то, что землеройки заранее вычислили удобные для размещения огнемётных бронетягов позиции и пристрелялись. Не из пушек пристрелялись — их расчёты только-только приходили в себя после налёта, а из гаубиц, батарею которых разместили позади форта и тщательно замаскировали.

А пушки врезали по ""Клоро"", подошедшим к бродам. Сразу после того, как приотские алхимики повесили над полем четыре своих ""фонаря"".

— Сантеро, уходи! Отступаем! Все назад!!

Голос Лепке мерцает в тумане, то приближается, то убегает прочь. Смысл приказа ясен, но как его передать? И нужно ли? Кто ещё не понял, что они влипли?

Взрыв, ещё один.

""Единичка"" пылает обжигающим ""Алдаром"", но досталось не только ей: смесь разлетелась, запятнала все бронетяги. Шкворчат на бортах огненные пятна. Смеси мало, чтобы пролезть внутрь, но броню она греет. А ещё — напоминает алхимикам о том, что их ждёт, если гаубичный снаряд врежется в корму.

Взрыв.

Осколки дробью лупят по крышке люка, но Адам не уходит: чему быть, того не миновать. Сигнальщика срезало, и Сантеро, схватив запасные флаги, командует лично:

""Отступление"".

""Отступление"".

""Отступление"".

Номера два и три резко сдают назад — на разворот нет времени, — торопливо выходят из-под гаубичного дождя и попадают под редкие пушечные выстрелы из форта. Снаряды ковыряют поле, и командиры ""Азунд"" одновременно принимают удивительное решение: продолжают пятиться, не поворачиваясь к приотским пушкарям кормой, не подставляя под выстрелы цистерны со страшной фоговой смесью. ""Двойка"" и ""тройка"" торопятся к своим, а ""четвёрка"" решает огрызнуться. Или её командир не увидел сигнала. Или разозлился — не важно, потому что ""четвёрка"" даёт залп, заливая южную стену форта беспощадным ""Алдаром"". И тем прикрывает отступление, поскольку командирский ""Ядрат"" тоже устремляется в поле.

— Уходи! — орет Сантеро, продолжая размахивать флагами.