Герметикон

— Мы летели на одном цеппеле? — осведомилась девушка.

— Я тебя не помню, — осклабился рыжий.

— Я не путешествую третьим классом.

— За кого ты себя принимаешь?

— Тихо! — Лысый рявкнул так, что остальные прикусили языки. — Кто-нибудь помнит, куда он летел?

Спорки несмело улыбнулся. Рыжий приподнял бровь и тихо выругался. Обладательница брючного костюма скривила рот, но через мгновение пропищала:

— Я не помню, как меня зовут.

И разрыдалась.

— Врежь ему еще!

— С удовольствием!

Удар. Удар в лицо, в скулу, если быть точным. Во рту появился привкус крови… Нет, привкус крови появился давно, теперь же во рту просто кровь. Много крови, потому что это не первый удар.

— Как же мне нравится избивать этих сволочей.

— К сожалению, это редкое удовольствие.

— Надо наслаждаться моментом.

Удар.

Тихий смешок сзади…

— Это невозможно.

— Так бывает: катастрофа и сильный шок приводят к потере памяти, — произнес лысый и пояснил: — Нам проще все забыть, чем снова и снова вспоминать пережитый ужас.

— Забыть навсегда?

— На время.

Белокурая тяжело вздохнула.

Мужские брюки едва доходили ей до щиколоток, рукава пальто были коротки, рубашка вылезала из-за пояса, а ботинки оказались слишком велики, но, как ни странно, нелепый наряд добавил девушке шарма. Она окончательно успокоилась, порозовела, и в ее глазах заблестели огоньки. Одевшись, она стала чувствовать себя членом общества, пусть даже и небольшого.

— Но почему мы забыли все, а не только катастрофу?

— Потому что память на аптекарских весах не взвесишь.

— Радуйся, что хоть что-то осталось, — бросила нахалка.

— А что осталось? — возмутилась белокурая. — Я помню только то, что я женщина.

— А Герметикон? А нынешнюю дату? А свой родной мир?

— Что даст дата? — поинтересовался рыжий.

— Если ты ее помнишь, значит, забыл не все, — объяснила нахалка. — И значит, ты вернешься.

— Куда?

— К себе.

Потерпев неудачу в противостоянии с лысым, обладательница брючного костюма не растерялась и стала следить за тем, чтобы ее замечания были продуманными и взвешенными. Этот факт, вкупе с ""фирменной"" язвительностью, заставлял собеседников прислушиваться к мнению девушки и постепенно вывел ее в число главных заводил компании.

Кроме того, нахалка была ослепительно красива: густые светло-русые волосы, узкое, ""породистое"" лицо, высокие скулы, огромные зеленые глаза, аккуратный рот с чуть припухлыми, четко очерченными губами — чертами девушка напоминала сказочную принцессу, во имя которой свершались и будут свершаться грандиозные подвиги. И нет ничего удивительного в том, что мужчины охотно поддерживали с ней беседу.

— А когда мы вернемся?

— Когда придет время.

— Я помню о Герметиконе, но понятия не имею, какой из его миров — мой, — грустно усмехнулся рыжий.