Герметикон

— Нет, Феликс, тебе спасибо. — Помпилио стал серьезен: — Я благодарен, что ты согласился сопровождать меня. Ты очень помог.

Больше ни слова, потому что этот бамбадао был адигеном, но Вебер понял, что отныне имеет право на одну просьбу.

Он выдержал коротенькую паузу, давая понять, что невысказанное услышано, и весело произнес:

— А мне очень помог слух, который запустил Бабарский. Придуманная им история тронула сердце Зопчика и лишила его последних сомнений на мой счет.

— Твоему брату, наверное, икается.

— У моего брата толстая кожа.

Помпилио не приветствовал криминальные связи суперкарго, но при необходимости пользовался ими. Слух о том, что старший брат Вебера попал в пиратский плен, Бабарский пустил еще до того, как Феликс прибыл в Альбург, пустил с Кааты и позаботился о том, чтобы новость добралась до Заграты сразу на нескольких цеппелях."

"— Кстати, о Зопчике… — протянул Помпилио. — Мне жаль, что тебе пришлось нарушить слово.

— Я не нарушил, — усмехнулся Феликс. — Мы говорили в три часа ночи, и Зопчик выразился предельно ясно: ""с завтрашнего дня"". Так что сегодня я имел право поступать по своему усмотрению.

— Но деньги ты взял, — заметил адиген.

— Полагаете, я должен их вернуть?

— Полагаю, они им не понадобятся.

— Полностью с вами согласен, мессер.

Вебер нерешительно посмотрел на бутылку, на опустевший бокал, после чего — на Помпилио. Тот, не скрываясь, бросил взгляд на часы.

— Я вас задерживаю?

— Нужно поговорить с гостями, Феликс, посмотреть, как расположились принцы и Лилиан.

— Вы позволите мне ненадолго задержаться здесь, мессер? — Уйти из переполненной бамбадами комнаты, так и не прикоснувшись к оружию, Вебер не мог. И никакой бамбальеро не смог бы. — Я хочу…

— Ни слова больше. — Помпилио улыбнулся. — Мой арсенал в полном твоем распоряжении, Феликс. Захочешь опробовать какую-нибудь бамбаду — иди на открытый мостик.

— Благодарю, мессер.

И позабывший обо всем вуленит нетерпеливо шагнул к оружейному шкафу.

Лилиан и принцы получили в свое распоряжение две ""гостевые"" каюты, находящиеся на офицерской палубе ""Амуша"". Готовили их, правда, только для детей, а потому потребовалась еще одна разборная кровать, но цепари справились быстро. Минут через десять комнаты были готовы к приему гостей, однако они, только что пережившие опаснейшее приключение, укладываться в постели не спешили. Знали, что не уснут.

Помпилио отыскал их в кают-компании. Молчаливых, грустных, но не подавленных. Не сломленных.

Лилиан сидела на диване, держа в руке бокал с вином — об этом позаботился Валентин. Георг и Густав прилипли к окну, зачарованно наблюдая за проносящимися мимо облаками.