Даниил Галицкий

Только тот, толстый, вельми лукавый — свейский купец.

— Который? — переспросил Кирилл.

— Тот, что возле высокого сидит. Хитрый, не любят его наши купцы.

Но Кирилл уже не слушал Андриана. Он наклонился вперед, едва не перескочил через перила.

— Свейский, говоришь?

— Свейский. Уже, почитай, больше года в Новгороде.

Кирилл качал головой и шепотом ругался.

— Ты чего? — всполошился Андриан. — Не заболел ли?

— Заболел? Отчего? — задумчиво ответил Кирилл. — Нет, не болен… Болен, болен, — торопливо добавил он, — болен от лютости… Ах ты, собака!

— Да что ты? Что ты? — испуганно потянул его в сени Андриан.

— Не тяни! — Кирилл оттолкнул старика от себя. — Смотри и запомни. Я тебе могу доверить тайну. Тот свейский купец — не свейский купец.

— А я же только тебе говорю. То не купец, а латинский поп. Зверь! Людомира замучил!

Сбиваясь, Кирилл поспешно рассказал Андриану о том, что происходило в яме, о том, как истязали Людомира. Окровавленный Людомир тогда уже ничего не видел, он не заметил, как насильно втолкнули в яму четверых галичан, схваченных на улице. Среди них был и Кирилл. «Смотрите! Расскажите своим галичанам, всем то же будет!» — неистово орал тогда Бенедикт, а монах подпрыгивал возле него.

Андриан побледнел и прошептал на ухо Кириллу:

— И этот… купец — он? Верно ли признал?

— Он! Узнал. Я его не раз в Галиче видел. Что теперь делать?

— Боюсь, — сжал Андриан руку Кирилла. — Поразмыслить надобно… Боюсь… Не поверят… Нет, поверят, а что с ним учинят? Ничего. Скажешь — тебя уберут, в яму бросят, рот заткнут. С этими купцами не будут ссориться.

— Уберут, — задумчиво промолвил Кирилл. — А что поделаешь?

— Молчи… Ты молод. Я сам… А то бояре вельми злые. Кто тебе или мне поверит? Я сам поймаю его на слове, пойду к купцам… Нет, к посаднику… Я ему покажу, как русских людей убивать! А ты не встревай, а то и домой не попадешь.

Архиепископ поднял крест, и стало так тихо, будто на площади не было ни единого человека.

— Люди Великого Новгорода! — услышал Иванко старческий голос. — Слушайте все. К нам прибыл посол из Галича, подмоги просит князь Даниил против иноплеменных.

Дмитрий вышел из толпы и поклонился. По толпе прошелестел ветерок.

— О! Дмитрий, Дмитрий говорить будет! — неожиданно вырвалось у Иванки.

— Люди русские новгородские! — громко прозвучал голос Дмитрия. Сняв шелом, Дмитрий три раза низко поклонился во все стороны. — К вам мы пришли! Галицкий люд просит вас. Грамоту князь Даниил написал к мужам новгородским. Когда злые люди обижают кого-нибудь из семьи, кто защищает? Свои! Кто щитом, становится для дитяти? Отец да братья родные. А к нам чужеземцы забрались. Король мадьярский баронов пригнал. Сидит Бенедикт в Галиче, веру нашу попирает, над женщинами враг глумится, дышать не дает.