Даниил Галицкий

И он скоро столкнулся с молодым списателем Матвеем, почти своим ровесником.

Матвей работал в книгохранилище при Софийском соборе. С утра и до ночи сидел он, согнувшись за узеньким столом, и переписывал книги. Он был не один. В длинной неприветливой горнице таких писцов сидело человек двадцать. Все они прилепились возле окон и непрерывно скрипели гусиными перьями. Много интересного показал Матвей Кириллу — как делают чернила, как выбирают самые лучшие перья, как готовятся красные, синие, голубые краски для разрисовывания книг. Кирилл внимательно слушал все рассказы Матвея, но выразил желание заглянуть в книги, почитать их.

— А это не у нас, мы только переписываем, — покашливая, слабым голосом поведал Матвей. — А ты попроси дьяка Андриана, он надзиратель за книгами. Но он злой человек, насмешник и сквернословец. — Робкий Матвей отвернулся и перекрестился. — И над нами он потешается, всякие прозвища придумывает. И меня дразнит, называет немой щукой — по той причине, что я худой и мало разговариваю. А я боюсь всех. Мать моя говорит, чтоб я никому не перечил, всех слушался, а то выгонят, и нечего есть будет.

Кирилл пожалел беззащитного, забитого отрока и дал ему двадцать ногат из своего ничтожного запаса, решив несколько дней не покупать рыбы, а довольствоваться во время ужина хлебом и водой. К тому же на Алексеевом подворье всем гостям давали такие сытные обеды, что можно было незаметно спрятать под кафтан добрую краюху хлеба и принести сюда. Как бывал рад Матвей этому хлебу! Он осторожно заворачивал его в чистенькую тряпочку и растроганно шептал:

— Это я матери понесу.

Хотя и робким был Матвей, но все же отважился привести Кирилла к Андриану. Кирилл был благодарен ему за это. Какие богатства тут увидел! Сначала Андриан показался и впрямь нелюдимым. Надменный сидел он в пропахшей пылью и мышами, отгороженной от всего помещения комнате. Вокруг, вдоль стен, на широких полках под самый потолок, одна за другой стояли книги.

Приметным было иссиня-красное пучеглазое лицо Андриана. Его приплюснутый нос торчал между нависшими, одутловатыми щеками; под глазами пухлые мешки, взгляд пустой, стеклянный.

— Щука карася привела. Ну-ка, повернись, карась, покажи, что у тебя на спине! — пренебрежительно проскрипел Андриан.

— Я не карась, — робко сказал Кирилл.

Но и этот скромный ответ показался, хозяину дерзостью.

— Прочь отсюда! — вскочил Андриан со скамьи.

Удивительно, что пугливый Матвей на этот раз не растерялся, а смело отвечал сердитому монаху;

— То Кирилл, он из Галича.

Андриан моментально обмяк, суровость его как рукой сняло. Он поманил к себе Кирилла:

— Иди ко мне. Ты из Галича? Ты и князя Даниила видел? Здрав буди.

Увидев, что все закончилось благополучно, Матвей незаметно вышел.