Даниил Галицкий

Иванко разжимает клещи и кладет их на скамью, обматывает тряпкой конец меча там, где должна быть рукоять, и поднимает его. Прищурив левый глаз, рассматривает правым — меч ровный, нужно только наточить.

Только теперь почувствовал Иванко усталость, одеревенела правая рука, ноет плечо. Он оборачивается и, удивленный, пятится назад. Сколько людей собралось!

Смущенный Иванко улыбается и низко кланяется Якуну.

— Спасибо тебе… Хорошая кузница у тебя. — Подает ему меч. — Вот меч… готов… надобно только закалить и рукоять закончить.

Якун осторожно берет меч, осмотрев его, передает длинноусому. Тот поправляет тряпку, крепко сжимает меч в руках, поворачивает во все стороны.

— Умелец! — тихо произносит он. — Поклон тебе, — склоняет голову старик. — Что скажешь, Якун?

— Умелец! Умелец! — скороговоркой выпаливает Якун и радостно обнимает Иванку. — Побольше таких кузнецов — мечей у русских будет много.

— А будет мечей у русских много — враг задрожит! — кричит Микула. — Иванко! Я мыслил, что ты только мед пить умеешь, а ты и мечи куешь! И от воинов тебе поклон. — Микула наклонил голову до самой земли. — А этот меч… подари мне, Иванко.

Смущенный Иванко поглядывал то на Якуна, то на Микулу, не зная, что ответить.

— Дари! Дари! — кричит Якун Иванке. — Твой меч будет, — поворачивается он к Микуле. — Я доделаю. То все едино, что Иванко.

Вокруг ни одного галичанина, где же они? Иванко вспомнил, что пришел сюда один. Хоть и нет близко земляков, разве ему плохо здесь, разве он одинок? Такие родные, такие близкие эти новгородцы!

— Иванко! — восклицает Микула и словно клещами сжимает его руку. — Сегодня я буду тебя потчевать. За такой подарок десять корчаг меду выпьем.

Якун лукаво улыбается. Откуда же такие деньги у веселого парня? Десять корчаг! Эка хватил Микула! Но коль сказал «десять корчаг» — пусть будет десять. Надо выручать веселого дружинника.

— А нас не кличешь? — спрашивает он Микулу.

— Пойдем выпьем за галицкого кузнеца Иванку, — кричит Якун. — Ты не будешь перечить? — трогает он Иванку за локоть.

Перечить? Не шутит ли Якун? Почему же не согласиться? Иванко радостно улыбается в ответ.

— Иванко не перечит. Пойдет! Пусть зовет Микула, — неугомонно басом рокочет Якун.

Выйдя из кузницы, Иванко глубоко, полной грудью вдыхая свежий воздух, отправился с новгородцами на Торг, к медовару Михайле.

Не только Иванко встретил у новых друзей такую искренность и сердечность. Все галичане разбрелись по Новгороду, как по давно знакомому городу, и каждый нашел себе приятелей. Но никто не искал того, чем интересовался Кирилл. Его привлекали книги, он хотел видеть, как их пишут; хотел увидеть дивные рукописи, каких не было ни в Галиче, ни во Владимире.