Даниил Галицкий

— Размыслите, други, — продолжал Даниил, взяв в руки подсвечник, чтобы отодвинуть его дальше. — Долго ли так сидеть будем? Соседи наши любезные… — При этих словах брови Даниила опустились, насупились; он кусал губы. Знал уже эту примету Мирослав; значит, кипит, злится Даниил. — Соседи вежливые — король венгерский да Лешко краковский — отчину нашу разорвали. Во Владимире-полуотчине сидим, да и ту обкорнали. В Берестье ехать нельзя, в Угровске тоже Лешковы вояки сидят. Мы все силы собираем, а враги обрезывают ее. До каких же пор нашу рожь будут топтать?

— Растет рожь, вверх тянется и дождя просит, — вставил свое слово Мирослав.

Даниил посмотрел на своего пестуна — хорошо сказал Мирослав!

— А вчера из Галича люди пришли, — тихо произнес Василий.

— Знаю, — перебил его Даниил. — У меня Теодосий был, рассказывал о Бенедикте. Десять дней лазил там Теодосий, все выведал, что я велел.

Филипп облизал горячие губы. Как же это он прозевал, что Теодосий в Галиче был! Будет ругать Бенедикт, что не известил его. Схватить бы Теодосия в Галиче!

— Говорил Теодосий, — добавил Мирослав, — галичане; просят, чтобы думали о них: время уже тех баронов изгонять.

Даниил посмотрел на него, подался вперед, оперся о столешницу.

— Время уже, молвишь? Нет, не сегодня. Ударим по Бенедикту Лешко ему поможет. А мириться с нами не хочет Лешко, ибо с королем венгерским уговор имел — как же теперь клятву свою нарушит? Да и зачем ему клятву ломать, разве ему нашей земли жалко? Размыслить надо, — и он наклонился к столу.

Семен смотрел в угол, будто увидел там что-то интересное. Василий к стене прислонился, щуплый как подросток, и не видно его из-за Демьяновой спины. Филипп носком сапога отбрасывал какую-то соринку. Дмитрий с краю сидел, в разговор не вступал: молод еще, что он скажет, если тут более мудрые головы есть, не к лицу ему наперед старших выскакивать.

Мирослав кашлянул, выпрямился.

— Прошлым летом мы прозевали. Король Андрей в крестовый поход ходил. Тогда нам и следовало бы ударить на Бенедикта. Сидит он в Галиче и смеется над нами.

— Андрей тогда своего войска из Галича не брал, — вставил свое слово Филипп.

— Ведаю о том, что не брал, — задумчиво продолжал Мирослав. — Да когда бы ударили мы, то не было бы подмоги Бенедикту. Правда, силы у нас были малые. Но самое время было ударить… И королю не повезло тогда, мыслил он войско свое по морю послать, но с острова, Кипром рекомого, домой возвратился. Буря ладьи их поразбросала. А теперь король дома, в Буде своей.

Ничего нового не говорит Мирослав. Даниил думал, что советники скажут что-нибудь интересное, доселе неведомое, а они — о короле. Да о нем и о крестовом походе Даниил и Сам знает, рассказывали ему верные люди, которые по его приказу бывали в Венгрии.