Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

 — Что это за клоунаду вы устроили? Это школьный экзамен, а не шоу у Кристиана Сальвадора!

— Сеньор, я привёл аргументацию под свои выводы, — зло парировал я. — Прав я или не прав, но я доказал, что имею право думать то, что думаю. Возражайте по тексту, где я не прав!

«Щенок!» — читалось на его лице.

— Уважаемые, предлагаю вернуться к этому вопросу чуть позже, — попытался разрядить атмосферу завуч. — Мы поняли, что сеньор Шимановский одарённый юноша. Но этого мало. Давайте всё же вернёмся к поэзии. Прочитайте нам что-то из той эпохи.

— Не хочу. — Я сложил руки перед грудью.

— Почему же? — коварно заулыбался гэбэшник, почувствовав, что настал их черёд мутить шоу.

— Потому, что меня не «втыкает» данная эпоха, — честно ответил я. — Скажу так, в ней нет НИ-ЧЕ-ГО, что могло бы обогатить мировую литературу.

— Это слишком серьёзная… Хмм… Заявка, — потянул второй препод, также заулыбавшись, словно охотник, почувствовавший слабину зверя. — Здесь будете аргументировать?

— Конечно. Люди всегда писали и пишут стихи. Бывают периоды, когда стихи более востребованы, и тогда рождаются шедевры, о которых помнят потомки. Бывает, когда у людей спад. И Второе Возрождение это время, когда из-за политических пертрубаций народ слишком устал и ударился в поэзию, чтобы отвлечься. Краткая эпоха взлёта нескольких авторов, но лишь пик на графике в сравнении с тем, что было до и после. Ничем толковым та эпоха МИРОВУЮ литературу не обогатила, и обогатить не могла.

— Но мы изучаем не МИРОВУЮ, — выделил вслед за мной это слово и наш оскалившийся препод, — а латиноамериканскую литературу.

— А почему мы изучаем не мировую литературу, сеньор? Ведь в мире было написано куда больше интересных вещей, достойных обучения в школах? — картинно округлил я глаза. — Но я знаю о многих только благодаря самообразованию, а большинство сограждан понятия не имеет о них!

— И вы можете продекламировать что-то из… Мировой классики? — Это заинтересованный завуч.

— Конечно. Вот смотрите, Вильям «наше всё» Шекспир.

Я набрал в лёгкие побольше воздуха и начал декламацию, правда, не на английском, а на испанском, как в своё время читал.

— Сколько эмоций! Сколько экспрессии! Какие эпитеты! Сильно? — спросил я, поставив точку и сделав паузу. Преподы молчали.

— Или это. — Продолжил:

— Браво, сеньор Шимановский! — перебил наш препод с серьёзным и смурным лицом. — Скажите, зачем вы устраиваете это шоу? — Подался вперёд. — Все знают, что по объективным причинам вас сейчас смотрит через школьный портал не только вся школа, но и половина Альфы. Вы у нас медийная персона, с этим могу только поздравить.